Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Никто не спотыкался, не шаркал ногами, не пошатывался. Держались все прямо. Челюсти были стиснуты в угрюмой решимости. От них веяло персонажами фильма «Деревня проклятых»[28]. У тех жутковатых ребят был такой же пронизывающий пылающий взор, разве не так?

«Я врач. Я человек науки. Я не должен сравнивать этих людей с чудовищами из кино». И в этом крылся ключ, правильно? Это были люди. Первой в группе шла девушка-подросток, затем молодая женщина, а дальше в цепочке: фермер в комбинезоне, женщина средних лет в деловом костюме, мальчишка-подросток, мужчина с брюшком в розовом банном халате, пожилая женщина, полностью раздетая, если не считать лифчика и трусиков, молодой негр в наушниках с болтающимся сзади проводом, штекер которого скакал по асфальту подобно сверчку, – и они шли вперед, разного возраста, примерно поровну мужчин и женщин, поразительная смесь цветов кожи для сельской Пенсильвании.

Бенджи не понимал, что это могло означать.

И снова он вернулся к своей мысли.

Ими движет какая-то цель.

Но какая? Что это? Болезнь?

Или это что-то другое, гораздо более страшное?

Он не знал.

Но неуверенность оставила у него в груди пустоту.

– Ты все еще думаешь, что это какая-то болезнь? – спросил Бенджи у Сэди.

– Я ничего не думаю. Я только пишу программы, забыл?

– Похоже, так думает «Черный лебедь».

– «Черный лебедь» попросил вызвать тебя, однако, помимо этого, я понятия не имею, о чем он думает. Однако он тут что-то увидел.

И хочет выяснить, что это такое.

* * *Они с Сэди прошли сквозь столпотворение к палатке. Рядом Робби наставлял своих ребят из РВБ, уже облачившихся в защитные костюмы.

Эти лица были знакомы Бенджи: шесть человек, все уже давно работали с Тейлором и были преданы ему. Вместе они побывали в районах самых кровопролитных конфликтов. В прямом смысле работали под огнем. Авигайль Данцигер, в прошлом врач израильской «скорой помощи», в Либерии получила пулевое ранение и продолжала работать.

Реми Кордова, бывший армейский капеллан (подумать только!), в Сьерра-Леоне упал в овраг, сломал оба голеностоиа да еще напоролся на ветку какого-то колючего сухого дерева. Он был совсем один. Кордова освободился от ветки (которая вошла ему в бок, пронзив почку) и стал искать, как выбраться из оврага, и все это время, по его словам, за ним охотился голодный леопард. Реми вышел к людям только через три дня.

Он остался в живых.