Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я возился с текстом до поздней ночи, быстро поужинал, проглотил свою вечернюю дозу Netflix и лег спать. И мой ночной кошмар стал явью.

“Не ходи туда”, – сочувственно, но твердо сказала Клив на следующее утро. Но я не мог не пойти. По всему саду валялись перья, кишки, а в углу лежали две тушки. Точнее, одна тушка – от Трейси ничего не осталось: койот, который сам весит двадцать килограммов, обглодал одиннадцатикилограммовую Трейси до костей. Элли он уже не осилил. Она была без головы, и это меня немного утешило: значит, ее смерть была мгновенной.

По утрам, когда работы было мало, я сидел в саду: гладил девочек, попивая кофе, или медитировал. Сегодня я увидел то, что от них осталось.

Что-то подсказывало мне позвонить Сьюзи Костон, управляющей Farm Sanctuary. Она обожает индюков и поняла бы мою боль. И еще я подумал, что она годами заботится о тысячах животных и знает, каково это – чувствовать себя убийцей. Сьюзи сказала, что такое случается, особенно в стрессовых ситуациях, когда нарушается привычный ритм, что и произошло со мной вчера.

Она добавила, что мои девочки умерли мгновенно. Койот – не человек и никогда не продлевает мучения своих жертв. Когда-то Трейси и Элли спасли с мясной фермы, и я подумал про их сестер, которых увозят на скотобойни и подвешивают вниз головой на крюках на конвейерной ленте.

Сьюзи посоветовала не держать в себе то, что произошло: “Ты ведь знаешь, какими бывают люди”. Да, все верно. Почему-то я подумал про матерей, которые оставляют малышей в ванной, чтобы ответить на звонок.

Да, большинство вспоминает про них в тот момент, когда “еще бы чуть-чуть, и…”, но кто-то всего лишь минутой позже и затем, в худший день своей жизни вместо слов сочувствия и поддержки слышит, как полицейские зачитывают обвинение.

Я знаю, какими бывают люди, потому что сам один из них. В ночь, когда погибли мои индюшки, я осуждал и стюардессу, которая потребовала убрать переноску с собакой в отделение для ручной клади над головами пассажиров, и женщину, которая не отстояла своего питомца.

Теперь я несу бремя вины за предательство тех, чья жизнь была полностью в моих руках. Понимаю, не все увидят трагедию в смерти индюшки. Птица для большинства людей – это обед. Но, думаю, придет время, когда мою печаль разделят. Люди начнут понимать, что разница между животными-питомцами и животными-едой условная: в каждой стране их произвольно делят на эти группы.