Коллекция читать онлайн

У собак нос являлся одной из наиболее чувствительных частей тела, и страж в этом отношении полностью им соответствовал — кубарем скатился с Киры почти с щенячьим визгом и ошалело замотал головой, растирая пострадавший нос лапами. Хрипло дыша, она вскочила, но сейчас же что-то ударило ее в спину и швырнуло на землю. Тут же раздался громкий рык, сухо хрустнула чья-то сломавшаяся кость, Кира попыталась ползти, но по ней тотчас же кто-то пробежал, невежливо вдавив лицом в землю. Неподалеку завизжали — громко, отчаянно, и она перевернулась, хватая губами горячий воздух.

Где-то совсем рядом неожиданно грохнул ружейный выстрел, и из ствола ближайшего дерева полетели мелкие щепки, и с самого дерева кто-то истошно заорал:

— Офонарел?! В собак стреляй, дебил — не в меня!..

— Перестань… ты же в него попадешь!.. — послышался крик Софьи Семеновны, и следом тут же раздался еще один вопль — на этот раз детский и восторженный:

— Дядя Вадик, как ты так делаешь?!

Кира попыталась встать, цепляясь непослушными пальцами за ореховый ствол.

В нескольких шагах от нее бился в агонии бульдог-переросток с разорванным горлом, из которого хлестала темная кровь, мгновенно впитываясь в иссушенную землю. Стражи и пес стояли чуть дальше, пригнувшись и примеряясь друг к другу — все трое страшно изорванные и окровавленные. Один из стражей походил на обычную, хоть и беспредельно жуткую дворнягу, другой же привел бы в священный ужас всех любителей пуделиной породы. У стража-пуделя не хватало уха, а плечо было разодрано до кости, страж-дворняга ослеп на один глаз, у пса подгибалась перекушенная передняя лапа. Кира в ужасе задохнулась — и дело было даже не в том, что Вадиму этих двоих никак не сдержать. Стражи подергивались из стороны в сторону, жадно поглядывая на нее, но пес не уступал дороги, глухо рыча, и Кира знала, что он не уступит ее никогда и хорошо понимала, что это «никогда» закончится очень скоро — вместе с его жизнью. Она развернулась — взгляд выхватил из сумеречного двора рваные, как вспышки, картины — бегущая к роще Софья Семеновна, столпившиеся у подъездов люди, готовые в любую секунду заскочить внутрь, их искаженные лица, и смешанное с ужасом узнавание на некоторых из них, Сан Саныч с переломленной двустволкой на руке, пытающийся дрожащими пальцами запихнуть патроны и что-то неразборчиво кричащий.