Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Окрыленная новой надеждой, Энджи взяла кофе и брауни и отошла к окну на Франт-стрит. Присев на высокий стул, она пригубила капучино, всматриваясь в фотографию в смартфоне. Если старый китаец работал здесь в восемьдесят шестом или знает тех, кто работал, у нее будет первый свидетель. Хоть есть с чего начинать. Завтра утром она поедет к вдове старого детектива в Норт-Шор, а к двум вернется сюда, чтобы застать бывшего владельца «Розовой жемчужины». В крайнем случае в городском архиве наверняка найдутся его имя и адрес… Или можно подняться на второй этаж и звонить во все квартиры, спрашивая Кена Ли…

Воспряв духом, Энджи откусила половину брауни и, жуя, набрала Мэддокса.

Наслаждаясь вкусом шоколада, она слушала гудки в трубке, но включился автоответчик. Энджи сбросила звонок и с трудом проглотила кусок враз пересохшим горлом. Мэддокс сейчас занят делом девушек со штрихкодами, ее делом!.. Это Паллорино с Мэддоксом, идя по следу «Крестителя», обнаружили и спасли шесть юных девушек со странными татуировками.

Энджи стало обидно до слез. Она спасла Мэддоксу жизнь, а он теперь работает над самым резонансным и одиозным расследованием в истории Виктории – без нее! Дело, без сомнения, будет стремительно разрастаться, когда начнут выявляться связи за границей, а ей остается лишь наблюдать со стороны, гадая, когда-то она сможет вернуться в полицию и сможет ли вообще.

Паллорино взяла чашку и начала мелкими глотками пить капучино, рассматривая огромную каменную больницу через собственное отражение в стекле.

Потемневшая от дождя, угнездившаяся рядом с довольно зловещим готическим собором, больница Сент-Питерс навевала какие-то диккенсовские ассоциации, словно старинный особняк с галереями, переходами, леденящими драмами и тайнами. Здесь ее когда-то оставили. Отсюда началась ее новая жизнь в качестве Энджи Паллорино. На этом месте с грифельной доски ее детства были начисто стерты ранние воспоминания… Снаружи дождь превратился в снег, поваливший густыми хлопьями, которые плавно летели к земле большими невесомыми серебристыми листьями и укрывали крыши припаркованных машин и холодную мостовую.

Странное, неправдоподобное ощущение посетило ее, словно оказавшуюся на стыке двух личностей – неизвестной малютки и Энджи Паллорино. Вместе с чувством нереальности пришел страх, будто прорастая из глубокого подвала души, из ее похороненного прошлого, ощупью пробираясь в настоящее. Энджи решительно подавила этот страх: ей остается только идти вперед.