Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Я это сделаю, поэтому и ожидаю того же от вас.

Я фыркнул.

– Сомневаюсь, что для тебя это что-то новое.

Она всплеснула руками.

– Вот именно. Хотите трахаться… Тогда отвалите, Ванрайан.

Она схватила пальто и бросилась к двери, а я молча смотрел на ее удаляющуюся фигуру.

Какой же я идиот! Я погнался за ней – во второй раз.

– Кэтрин! – Я выставил руку, не позволив ей открыть дверь. – Извини. Мое замечание было неуместным.

Она обернулась. В ее глазах блестели слезы.

– Да, неуместным. Как и многое из того, что вы произносите.

– Извини, – повторил я. – В отношении тебя это происходит почти инстинктивно.

– Мне от этого не легче.

– Знаю, – согласился я и сменил тактику. – Я не буду.

– Не будешь чего?

– Не буду никого трахать. Я исполню твое желание. – Я всем весом навалился на дверь, ведь если бы она ушла, это было бы реально хреново. – А еще я постараюсь не вести себя как осел.

– Не уверена, что ты в силах изменить твою сущность, но удачи в попытках, – пробормотала она.

Я расслабился: кризиса удалось избежать.

– Я отвезу тебя домой.

Она покачала головой, и я бросил на нее свирепый взгляд.

– Кэтрин, мы договорились, что я перестану вести себя как осел. Я отвезу тебя домой. Завтра нас ждет чертовски долгий день.

– Ладно.

Я схватил пальто и открыл ей дверь, зная, что моя жизнь вот-вот изменится самым непредсказуемым образом.

Оставалось надеяться, что оно того стоило.

Ричард

Если не считать нерешительных указаний Кэтрин, поездка прошла в тишине. Чем больше мы отдалялись от моего района, тем мрачнее становилось у меня на душе.

Когда мы подъехали к обветшалому дому, я повернулся к Кэтрин.

– Это твой дом?

Она покачала головой.

– Нет. Я снимаю в нем квартиру.

Я остановил автомобиль на парковке и отстегнул ремень безопасности.

– Покажи."

"Дважды щелкнув брелоком, я последовал за ней по неровной дорожке. Я надеялся, что к моему возвращению покрышки все еще будут на месте и что автомобиль не угонят.

Я не пытался скрыть своего разочарования, когда осматривал то, что принято называть квартирой-студией.

Для меня это была уродливая свалка. Единственными предметами мебели здесь были диван, старый стул и письменный стол, он же и обеденный. Короткая столешница, плита и небольшой холодильник изображали кухню. У стены громоздилось полдюжины коробок. На штанге для вешалок висели непритязательные костюмы и блузки, которые носила Кэтрин.

Я подошел к единственной двери в квартире и распахнул ее.