Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ни в девять утра, ни в десять, ни в час.

Приходится ставить крест на совместном обеде, на который я так рассчитывала.

Мы бы поговорили, помирились, я бы залезла к нему на ручки и урчала, как довольная кошка.

На сообщения он тоже не отвечает. Они так и висят непрочитанными.

Мне уже страшно. Вдруг я в черном списке? Вдруг он уже все решил?

На нервной почве болит голова, мутит, и перебои в работе сердца. Оно то замирает, то несется вскачь, как ненормальное.

Я готова бежать к нему на работу, но вряд ли меня пустят внутрь.

Да я и не знаю, где в том огромном здании искать Демида.

Он мне нужен! Срочно! Я помру, если не услышу его голос. Поэтому продолжаю атаковать телефон звонками и сообщениями. Нервно кусаю губы, когда пишу ему.

Вздрагиваю от каждого входящего сообщения или звонка, но это по-прежнему не Барханов. Меряю свою комнату шагами из угла в угол. Чувствую, как между нами что-то натягивается, дрожит, рвется.

Крутит. От страха и беспомощности.

Тем временем мне пишут девочки и приглашают на вечеринку.

Глупые, какая может быть вечеринка, если сердце не на месте, и больно дышать? Они меня не понимают. По-моему, даже обижаются, но сегодня мне плевать. Я снова выбираю Демида.

Около пяти, я срываюсь. Меня душат стены, раздражает сестра, которая докапывается почему я мрачная и взвинченная, поэтому собираюсь и сбегаю из дома.

Сама не замечаю, как оказываюсь на набережной. Там, где прошло наше первое «свидание» с Демидом. Хожу по той же дорожке, останавливаюсь в тех же местах и вообще не понимаю, что происходит вокруг.

Будто в мыльном пузыре, за которым кипит жизнь, а внутри вакуум."

"Я нахожу свободную лавочку, тяжело опускаюсь на нее и снова лезу в сумочку за телефоном. За последние полчаса я проверила его уже сотню раз, но все-равно не могу остановиться. Это как навязчивая идея.

Гипнотизирую взглядом экран мобильника и внезапно на моих сообщениях появляется две галочки. Прочитано! Наконец-то!

В животе все обрывается, руки ходят ходуном, и я даже не могу нормально дышать.

Жду, что сейчас позвонит. Но проходит минута, две, три и ничего не меняется.

Тогда я набираю его сама. Пока слушаю гудки, на меня нападает дикая робость.

Мне страшно.

— Да, — раздается отрывистый голос Демида, щедро сдобренный интершумами.

Похоже он за рулем.

— Привет, — приходится откашляться, чтобы продолжать. Голос сипит, — я звонила…

— Я работал.

— Сегодня же суббота… — начинаю, но затыкаюсь, потому что тишина в трубке становится очень выразительной.