Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Но я уже заговорила, так что…

– Можешь оставить ту же постель.

– Это правда не составит никакого труда, мисс Хоторн. Я просто быстро сменю белье и…"

"– Нет, – услышала я собственный голос и сразу устыдилась. Какая же жалкая. Но я ничего не могла с собой поделать. Если она сменит простыни, то вместе с ними исчезнет и запах Бенедикта. А мне была невыносима даже мысль об этом. – Пожалуйста… Можешь еще пару дней оставить постель как есть? – тихо попросила я. Дверь в гостиную всего лишь прикрыта. Мне искренне хотелось верить, что Бенедикт меня не услышал.

– Эм… Разумеется, – откликнулась немного озадаченная служанка, но выпрямилась и отпустила одеяло. – Тогда я просто уберу кровать, хорошо?

Я энергично закивала:

– Да. Спасибо.

– Не за что, мисс.

Сдержанно мне улыбнувшись, женщина начала взбивать подушки. А я на мгновение нерешительно застыла в комнате. Боролась с искушением спросить, как ее зовут. Хотя, если мы подружимся, для нее это навряд ли хорошо кончится. Мне невольно вспоминается случившееся с Бонни.

А ведь это произошло, еще когда Бенедикт всеми силами старался меня защитить.

Я без лишних слов отвернулась и оставила служанку спокойно выполнять свою работу.

В гостиной накрыт стол у окна. Сквозь высокие окна струился солнечный свет, окутывая все вокруг теплым светом. Лишь выражение лица Бенедикта ему осветить не удалось. Король сидел на стуле с газетой в руках и читал ее с перекошенным от ярости лицом. Мое присутствие он старательно игнорировал.

Беззвучно опустившись на место напротив него, я налила себе стакан яблочного сока. Аппетита нет совсем, однако после скудного рациона последних дней будет разумно чего-нибудь поесть и попить.

Краем глаза я наблюдала, как служанка вышла из спальни и покинула королевские покои. Она закрыла за собой дверь, и мы снова остались наедине.

Сделав над собой усилие, я взяла булочку из корзины в центре стола и разрезала ее. Нужно сосредоточиться на своей задаче. На том, как я могла помочь Бенедикту, Лире и людям в Лондоне.

Но я так сильно истосковалась хотя бы по какому-то подобию нормальности, что хотела еще ненадолго оттянуть разговор на эту тему.

– Что пишут в газете? – спросила я и потянулась за маслом.

Вампир с шумом втянул воздух.

– А что там может быть написано, Флоренс? – раздраженно отозвался он. – Что-то о похищенной принцессе, покушении на короля и грозящей гражданской войне.

– Они пишут об этом? – изумленно переспросила я.