Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И как раз тогда в Северную столицу прибыл знаменитый Рихард Вагнер.

Отец Германа сам плоховато говорил по-русски, а детей воспитывал в русском духе. Но кровь, кровь! И, воспитанный на Пушкине и Лермонтове, юный Герман чувствовал невольное волнение при звуках «Нюренбергских мейстерзингеров»."

"О, лестницы и банкетки! О театральные и дворцовые закоулки! Конюшни с дорогими лошадьми! Зеленое сукно карточных и бильярдных столов! Вы есть сводники и разлучники, шептуны и подмигивальщики.

И молодой Лерхе слушал про «кольцо Нибелунгов». О! Это кольцо давало власть над миром!

А после концерта шел он в сиянии звучавших в нем мелодий. Сияли театральные свечи и зеркала. Впереди его шел директор театра, в жилет которого он только что затолкал несколько сининеньких.

Прошли между свисавших из тьмы веревок и тряпок, по пропахшим пудрой и потом закоулкам, в кабинет. Там сидел и пил из высокого бокала пиво сам знаменитый композитор.

Рядом с ним сидел другой немец: длинный с худыми приподнятыми плечами, совершенно белыми, бесцветными волосами, и бесцветными же глазами.

Герман начал было говорить, но понял, что немецкий у него очень неважный, перешел на французский, с вкраплением русских слов. Потом махнул рукой и сказал директору:

— Переведи ему, что моя прародина — Германия. Я люблю его музыку, хотя я русский до мозга костей!

Директор, говоривший на всех европейских языках, перевел.

Вагнер кивнул, налил Лерхе бокал шампанского, потом снял с пальца перстень с красным камнем и примерил его на указательный палец Германа. Перстень подошел. Перстень этот был фальшивого золота, да и камень был дешевым самоцветом, таких перстней у Вагнера в кармане было десятка два, подарив кому-нибудь один перстень, он тотчас надевал на палец другой такой же для следующего подарка. Но Лерхе об этом не знал. Приятно было, что перстень этот — с руки знаменитого композитора и что после этим можно будет хвастать.

— Кольцо Нибелунгов! — подмигнул Вагнер.

— Дорогой маэстро! — обратился к композитору Лерхе. — Я удивляюсь творческим людям. Скажите, как приходит к вам вдохновение. В каком образе? Вероятно, в образе прекрасной незнакомки?

— Может быть! — хитровато прищурился Вагнер. Вдохновение приходит по-разному. Оно рождается из неосознанных движений души.