Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И я широко улыбнулся.

— У тебя такая красивая улыбка, Миш, — внезапно прошептала Настя.

В бездонных глазах девушки можно было увидеть свое отражение. В ее глазах я просто терялся, глубоко погружаясь всякий раз, стоило столкнуться с ней взглядом. — Я хочу, чтобы ты всегда так улыбался, — и она крепко обняла меня.

— За что ты меня полюбила? — задал волнующий меня, на протяжение всех этих дней, вопрос.

— Я… — запнулась девушка. — Не знаю. Просто ты для меня особенный. И с тобой мое сердце бьется сильнее.

Уткнулся лицом в ее шею, выдыхая.

— Ты знаешь, насколько ты прекрасна? — отчаянно протянул я. — Настя, ты могла заполучить любого парня. Любой мужчина был бы у твоих ног.

— Но мне не нужен любой другой, — возмутившись, надрывным тоном прошептала она. Я схватил ее за щеки, вынуждая посмотреть на меня.

— Да и поздно уже, — вздохнул. — Я никому тебя больше не отдам.

Воспоминания немного успокоили мое возбуждение.

— Прости меня, Насть, — отчаянно выдохнул я, сжимая ее тело. — Прости меня, мой лучик света.

Мне давно нужно было попросить у нее прощения за все те вспышки гнева, за обиду и злость, которую я вымещал на ней, будучи раздраженным совершенно по другой причине. И она терпела и даже полюбила меня, разглядев во мне те забытые, положительные черты.

С трудом оторвавшись от нее, я продолжил свою работу. К вечеру, подустав, посмотрел на часы: время близилось к полуночи, а я этого даже не заметил.

— Слушаю, — на телефон звонили с неизвестно мне номера.

— Михаил Альбертович, — обеспокоенные нотки в голосе моего помощника заставили меня встрепенуться.

— У меня есть для вас новости. По тому самому делу.

*Я люблю тебя (шведский).

Глава 20

Анастасия

— Миш, можно мне сегодня поехать с Дашей в торговый центр? — спросила тихо, наблюдая за супругом, увлеченно рассматривающим документы за своим рабочим столом. — Еще где-то на час я хочу заглянуть к папе и поговорить насчет работы.

Муж был задумчив: он еще с прошлой ночи вел себя достаточно странно, а утром, за столом, ни сказал ни слова, уткнувшись в свою полупустую тарелку.

— Это обязательно? — подозрительным тоном, резко выпалил он.

— Нет, — запнувшись, ответила я. — Если ты против, я останусь дома.

Миша обвел ладонью лицо, устало вздыхая.

— Поезжай, — ответил тихо. — Только прошу тебя, будь осторожна. Ребята тоже поедут с тобой.

Я согласно кивнула и сразу же подошла к нему. Даже сердитый и хмурый, он сразу же сгреб меня в охапку и уткнулся лбом в мою шею.