Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тот же Самойлов Евгений Васильевич, восемьдесят шестого года рождения… — в точности передавал личные данные моего бизнес-конкурента, Артем.

Но, собственно, причем здесь товарищ этого ублюдка Желудова? Даже если у нас и были разногласия, сейчас — это не имело никакого значения.

— Моя интуиция мне подсказывает, — прочитав мои мысли, добавил Артем. — Что Желудов в этом деле пешка, — он говорил очевидные вещи. — Если вы дадите добро, я изучу дело Самойлова тщательнее…

— Ты же в курсе, что мы с ним породнились? — с досадой выдохнул я.

— Он муж сестры моей жены, — едва не рассмеялся, пока правильно произносил степень нашего с ним, «родства».

— Разумеется, — ответил Артем. — Я поэтому прошу у вас разрешения. Все разузнаю на этих же выходных. Так сказать, наведу справки. — заверил он.

— Да, разузнай, — отдав ему поручение, я собирался нажать на кнопку отбоя, услышав тонкий голос своей жены в коридоре.

— Вообще странно, каким образом Самойлов добрался до таких высот… — размышлял Артем вслух, и я положил трубку, когда увидел на пороге Настю.

"Глава 23

Михаил

Прошло несколько дней после того разговора с Ткачевым. Я места себе найти не мог в ожидании новостей. Этим утром у меня была запланирована встреча в Центральном банке, поэтому, осторожно поцеловав спящую Настю в щеку, я вылез из постели. Но, к сожалению, девушка проснулась и схватив меня за руку мёртвой хваткой, захныкав, не позволила мне отстраниться от нее. Минут десять моя женушка лежала, прижавшись к моему плечу, но заверив ее в том, что это всего лишь вылазка в банк, я все же смог выбраться из комнаты.

Настя ужасно переживала. И хоть она и делала вид, что поверила моим словам об абсолютной безопасности моих дел — все равно не могла скрыть своего страха за меня. Девушка ни в коем случае не должна была узнать о том, что ее жизнь находилась из-за меня в опасности.

Когда вернулся в теплый дом после города — Настя встретила меня горячим, свежесваренным кофе и блинчиками собственного приготовления.

Мой дом стал по-особенному уютным с ее появлением и от этого мне становилось больнее.

— Надеюсь, мы больше никогда не будем завтракать порознь, — прошептала она ласково, и заметив мою занятость, поцеловала меня в щеку, оставила поднос с едой на моем столе и покинула кабинет.

На душе скребли кошки, а ее слова резанули острым предметом по сердцу. Выдохнул, очертил ладонями свое лицо.