Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Посмотрел в зеркало заднего вида на Марту. Ее взгляд не выражал ничего, кроме неудовольствия непонятной остановкой. При этом она расстегнула сумочку и засунула туда пальцы. Что там у нее? «Бульдог» или дамочка решила просто поправить макияж.

— Господин штандартенфюрер! — гаркнул уже изрядно охрипший шарфюрер, когда я опустил стекло в своей дверце. — Приказ господина коменданта. Меняем порядок движения. Часть колонны продолжит путь прежним маршрутом. Другая — сворачивает на проселок и идет в обход, минуя деревню Гор-Бобыли.

Вы движетесь во второй части колонны.

— Благодарю, шарфюрер! Можете быть свободны! — сказал я.

Он выбросил руку в нацистском приветствии и побежал дальше. Машины впереди зафыркали моторами и двинулись в путь, но не все. «Опель Кадет» и «Хорьх», что стояли передо мною, пока не трогались с места. Ну и я не спешил. И лишь когда первая часть колонны ушла, покатили и мы, через триста метров свернув с шоссе на проселок. Последние деньки дождей не было, и почва подсохла. Так что грязь месить колесами не пришлось.

Спустя несколько километров впереди показались кровли деревенских изб.

Когда мы въехали в Гор-Бобыли, на улицах не появилось ни души. Даже ребятишек не было. Видать, услышав рев моторов, деревенские попрятались. Только какой-то старик торчал на пятачке перед бывшим сельсоветом и кланялся с шапкой в руке. Вероятно староста. К счастью для местных жителей, останавливаться колонна в Гор-Бобылях не стала. Проехала мимо. Спидометр отметил еще два километра, когда, наконец, из головной машины раздался настойчивый сигнал клаксона, а высунувшийся из приоткрытой дверцы фриц принялся махать рукой, показывая, что следует сворачивать на левую обочину.

Сделав вид, что не понял сигнала, я обогнал «Хорьх» и «Опель», и только тогда притормозил. Мне нужно было, чтобы впереди никто не маячил. Выйдя из салона, я увидел, что другие охотники тоже покидают свои машины, а солдаты охраны разворачивают мотоциклы, нацеливая пулеметные стволы в сторону поля. Они что, боятся, что на колонну набросится стая волков? Офицеры тем временем стали кучковаться, щелкая зажигалками и оживленно переговариваясь.

Я велел спутнице оставаться в машине, и направился к ним.

Увидев меня, фрицы встали навытяжку. Еще бы, ведь я единственный в этой компании носил полковничьи регалии, пусть и «СД-шные». Я вяло махнул рукой, дескать, вольно господа офицеры, мы не на параде и не на приеме у гауляйтера. Фашисты немного расслабились и задымили цигарками.