Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Громадный волчара, подмяв под себя тело штандартенфюрера Германа фон Штернхоффера, военного коменданта оккупированного советского города Пскова, рвал его горло сверкающими от слюны и крови клыками. А воздух вокруг пронизывали трассеры автоматных очередей, превращая немецких солдат и офицеров в кровавый фарш. Все это длилось, наверное, не дольше нескольких десятков секунд, но мне казалось, что сей красочный фейерверк все длится и длится, словно торжественный салют грядущей Победы.

Наконец, выстрелы смолкли. Пороховой кислый дым плыл над поляной. Из темноты в круг света ступили люди в партизанских телогрейках и шапках с красными, хотя сейчас они казались черными, лентами на козырьках. Держа в руках автоматы с еще не остывшими стволами, партизаны улыбались, глядя на то, как грозный Красный Вервольф начинает подниматься, помогая встать своей возлюбленной. Вдруг сквозь партизанский круг прорвался… эсэсовец.

Он кинулся к волку и с криком: «Фу, Оборотень, фу!», оттащил его от комендантского трупа.

Когда этот бесстрашный унтерштурмфюрер повернулся ко мне лицом, я едва не присвистнул от удивления. Еще бы! Передо мною был не кто иной как мой родной дедуля Анхель Вольфзауэр! Ну а с другой стороны, чему тут удивляться⁈ Кому еще, как не ему, заниматься дрессировкой киноидов? Волк или волкоподобный пес, как полагается порядочному представителю его племени, сел возле ног хозяина, довольно облизывая окровавленную морду.

М-да, не хотел бы я встретиться с таким один на один.

Я собрался подойти к дедушке и искренне пожать ему руку, как мне стало не до него. Потому что из партизанского круга выступили люди, увидев которых я едва не расплакался от переполнявших меня чувств. Откуда они здесь только взялись? Кузьма, Митька, Рубин… Злата! Эта что здесь делает? Она же сейчас многодетная мать! И куда только смотрит Дормидонт Палыч⁈ Он, что, на хозяйстве остался?.

. Нет! Вон он стоит, радостно ухмыляясь, а рядом коломенской верстой торчит Юхан, в руках которого «Шмайсер» выглядит детской игрушкой.

— Слушайте, братцы и сестрицы, а кто же в лавке остался? — не выдержал я.

— Много кто, — пробурчал Михалыч. — Там в Пскове сейчас такие дела творятся…

— Какие еще дела? — спросил я.

— Комендант покойничек, почитай, всю верхушку с собой на охоту взял. Уж больно ему хотелось тебя словить.