Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Возможно, что в качестве геохимика, Галанин примет участие в геологической экспедиции к месторождению урана. Скорее всего, эта экспедиция состоится летом, более точно сказать не могу. Вот и все!

— Благодарю вас, полковник! До встречи!

Поднявшись, я коротко кивнул абверовцу и, сопровождаемый горничной, двинулся к выходу. В прихожей меня поджидала пани Радзивилл, которая не присутствовала при нашем с ее нацистским хахалем разговоре. Кивком отослав служанку, гордая полячка встала на цыпочки и потянулась к моему уху губами.

— Вальтер что-то затеял. Будь осторожен!

— Спасибо, Доминика! Я не забуду этого, — также одними губами ответил я.

Она поцеловала меня в щеку и я покинул обиталище Киппа. Меня вовсе не удивило предупреждение пани. Вряд ли вся история с «золотом партии» подстава, скорее всего полкан даст нам возможность изъять его, а потом — попытается убрать. Зачем ему делиться с унтерменшами? Не исключено, что и труп самой Доминики милый Вальтер готов присоединить к нашим.

С деньгами, он в Штатах найдет себе красотку и без пересаженного личика. А уж в какой-нибудь Аргентине — и подавно.

Выход один. Взять золотишко не послезавтра, как мы с ним договорились, а — завтра. Охрану станции мы снимем без проблем. Следовательно — остается одна загвоздка, а именно — наружка СД. Нужно ее вычислить. И сделать это не позднее завтрашнего вечера. Займусь этим сам. А с утра надо собрать команду и поставить задачу. Главное, чтобы Митяй вернулся из отряда, а Кузьма — из Подберезья.

Покажем полковнику Абвера, кто хитрее — арийский сверхчеловек или простой русский Саша?

Я направился к Поганкиным палатам. Комендантский час уже наступил, поэтому пришлось предъявить аусвайс и ночной пропуск патрулю на углу Советской и улицы Некрасова. Патруль был эстонский, но под приглядом немецкого фельдфебеля. Поэтому, как бы злобно ни зыркали в мою сторону прибалты, им пришлось отпустить меня с миром, ибо документы у меня были подлинные.

Получив их обратно, я двинулся к одноэтажному корпусу музейного комплекса, где и квартировался профессор Бюлов, кем бы он ни был.

— Я по приглашению герра Бюлова, — сказал я часовому.

Солдатик кивнул. Видать, был предупрежден. Толкнув калитку, я оказался во внутреннем дворе Поганкиных палат. Вход в здание был тут же. Дверь оказалась приоткрыта и оттуда доносилась бодренькая мелодия «Рио-Риты» — тогдашнего международного хита. Веселятся, значит.