Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мы с бывшим одноклассником открыли фирму, занимались туризмом и гостиничным бизнесом, еще здесь, в Крыму. Дело у нас сразу пошло. Мы услуги предлагали новые: номера в гостиницах арендовали и ремонтировали под евро, чего никто не делал до нас, и много еще чего делали, что никто до нас не делал. Народ к нам валил! А потом пришел заказ большой – несколько групп, на весь сезон, с полной предоплатой. Мой партнер деньги снял и тихо отбыл в Америку. А я осталась разгребать. Весело было, обхохочешься!

– Давай я его найду, накажу и деньги верну, – резко предложил Ринков.

– Да бог с ним. Зачем? Я тогда такую школу выживания прошла. И научилась многому. Схемы такие придумывала и закручивала – только держись! Тогда и пришлось помотаться в Москву. А когда все долги раздала, со всеми рассчиталась, оказалось, что в Крыму ситуация осложнилась: ни газа, ни воды, ни света, даже отопления не было. Денег нет, заработков нет, отдыхающие не едут. Я и подалась в Москву. Стала работать на фирме у ребят, которые мне помогли рассчитаться с долгами.

Там и встретила своего будущего мужа, он работать к ним в это же время пришел. А через шесть лет мы развелись. Ну, это неинтересно. Все, хватит воспоминаний!

– Ну давай я хоть бывшему мужу морду набью! – предложил Антон.

Наталья расхохоталась. Отставила бокал в сторону и принялась его целовать и щекотать. Она перевернула его на живот и… остановилась, замерев.

– Ринков! Это что такое, я тебя спрашиваю?! – громким возмущенным голосом спросила она."

"На его спине белели два шрама: один справа – неровный, широкий, рваный какой-то, сантиметров пятнадцать длиной; и слева, чуть выше почки, – затянувшееся входное отверстие от пули.

– Дай я тебя всего осмотрю! – Она говорила с ним как мама, обеспокоенная здоровьем своего ребенка.

Обследовала его ноги, нашла еще один шрам – от пули, на правой ноге. Насильно перевернула на спину, осмотрела всего спереди. Нашла выходное отверстие на ноге и еще одно выходное – слева, на животе. На левом предплечье – широкий шрам, видимо, от ножа.

В горячке, когда они любили друг друга, она видела некоторые из этих шрамов, чувствовала их под пальцами, но тогда она вообще ничего не соображала, а теперь вот рассмотрела и осознала.

– Ты был хорошим профессионалом? – тем же требовательным тоном спросила она, не замечая, как поглаживает шрам на его руке.

– Да, – Ринкову не нравился этот разговор. И настораживал: он не понимал, к чему она ведет.

– Очень хорошим? Супер?

Он честно ответил:

– Да.