Name: Кузькина мать
Author: Виктор Суворов

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Бомбодержатели, созданные творческим гением советских конструкторов, сработали разом. «Капелька» сорвалась с трех замков и вывалилась из брюха носителя. Самолет не тряхнуло, а швырнуло и качнуло. Качнуло так, как только раз в жизни качает.

Из кабины хвостового стрелка радостный вопль: раскрылся!

Ликующий выдох всего экипажа был ему ответом. Теперь — двигатели на всю мощь и, разгоняясь с небольшим снижением, — подальше от этого гиблого места.

На фоне матовой мглы раскрылся оранжевым цветком огромный купол, словно гнойник сифилиса на белом теле прекрасной дамы.

Бомба идет к земле со скоростью 360 метров в минуту. За три минуты — чуть больше километра. Но это на последнем участке. Рванет бомба на высоте четыре с половиной тысячи. Самолету вроде бы 15 минут времени на уход выпадает. Но это не так. Первые секунды «капелька» летит без парашюта. Потом несколько секунд на то, чтобы парашют раскрыться. А «капелька» наша за эти секунды уже вон сколько пролететь успела и скорость успела набрать. Пока парашют сможет погасить эту скорость, до высоты подрыва останется совсем немного… Всего три минуты.

Точнее — 188 секунд.

6Красный телефон на столе главного конструктора КБ-11 вдруг загремел, словно будильник, тем омерзительным звоном, который возвращает нас из волшебного сна в паскудные будни.

— Связь потеряна, — сообщил спокойный голос.

7Все иллюминаторы носителя, все остекление кабин, все, что может пропускать свет, плотно закрыто. Ту-95В уходит от эпицентра слепым. Вспышка ударила внезапно, осветив все внутри.

Шторки — они, конечно, свет не пропускают. Но тут сверкание особое. Перед этим дьявольским, потусторонним светом, как перед рентгеновскими лучами, не устоят никакие шторки."

"И показалось командиру стратегического бомбардировщика майору Дурновцеву, что Землю он раскроил надвое. Так грохнуло, как может грохнуть только расколовшаяся в куски планета. Световое воздействие — 70 секунд. Фронт ударной волны догнал самолет на 115-м километре от эпицентра через 8 минут 23 секунды после сброса.

Ударная волна саданула в хвост бомбардировщику так, как бьет разогнавшийся паровоз забытый на путях пустой вагон.

Майор Дурновцев в штурвал вцепился, штурвал мелкой дрожью исходит. Второй пилот кнопку нажал, шторки открыл. Но сам на плоскости и двигатели взглянуть не решается: целы ли? Так раненый боец взгляд опустить сам на себя боится: только ноги оторвало или всего разорвало до самой груди?

Действующие лицаХРУЩЁВ НИКИТА СЕРГЕЕВИЧ (1894–1971).