Эркюль Пуаро читать онлайн

Его очень интересовал Эдвард Ферриер, и этот интерес в нем пробудила случайная фраза одного восьмидесятидвухлетнего старика. Профессор Фергюс Маклауд, закончив рассуждать на тему химической сложности осуществления приговора убийце, на мгновение затронул политику. После ухода от дел прославленного и любимого Джона Хэмметта (теперь лорда Корнуорти) его зятя, Эдварда Ферриера, попросили сформировать кабинет. Для политика он был молодым человеком, ему не было и пятидесяти лет. Профессор Маклауд сказал: «Ферриер когда-то был моим студентом.

Он человек надежный».

Больше он ничего не сказал, но Эркюлю Пуаро это говорило о многом. Если сам Маклауд назвал человека надежным, это свидетельствовало о личности, по сравнению с которой никакой энтузиазм общественности и прессы не имел значения.

Правда, эта оценка совпадала с оценкой общества. Эдвард Ферриер считался надежным. Именно так – не блестящим, не великим, не особенно красноречивым оратором, не хорошо образованным человеком; он был надежным человеком, воспитанным в рамках традиций, человеком, женившимся на дочери Джона Хэмметта, который был правой рукой Джона Хэмметта и на которого можно положиться.

Под его руководством политика страны будет следовать традиции Джона Хэмметта.

Ибо Джон Хэмметт был особенно дорог народу и прессе Англии. Он являлся олицетворением всех качеств, которые дороги англичанам. Люди говорили о нем: «Чувствуется, что Хэмметт честен». Ходили анекдоты о простоте его семейной жизни, о его любви к работе в саду.

Аналогом трубки Болдвина и зонтику Чемберлена был дождевик Джона Хэмметта. Он всегда носил его, это потрепанное одеяние. Оно служило символом – английского климата, предусмотрительности расы англичан, их привязанности к старым вещам. Более того, Джон Хэмметт был оратором, в своей грубовато-добродушной британской манере. Его речи, произнесенные спокойно и серьезно, содержали те простые сентиментальные клише, которые так глубоко укоренились в сердце англичан. Иностранцы иногда критиковали их как лицемерные и невыносимо благородные. Джон Хэмметт ни в коем случае не возражал против благородства – в спортивном, несколько насмешливом духе привилегированной частной школы.

Более того, он был человеком приятной внешности, высоким, прямым, со светлыми волосами и очень яркими голубыми глазами. Его мать была датчанкой, а сам он много лет служил первым лордом Адмиралтейства, откуда появилось его прозвище Викинг.