Лейра читать онлайн

Дочерей Майер-старший в качестве наследниц не рассматривал. Он вообще считал женщин людьми второго сорта. Если вообще за людей принимал, а не за нечто среднее между низшей прислугой и племенными кобылами. Его первая супруга умерла вскоре после рождения седьмой дочери, во втором браке детей не было совсем. Хотя у меня имелись все основания подозревать, что его вторая жена не захотела повторять судьбу первой и принимала различные меры, втайне от ""любимого"" мужа.

Поэтому немудрено, что ""любящий"" дядюшка был озабочен благополучием своего племянника настолько, что приставил к нему Стайна.

Занятая своими мыслями, даже не заметила, как мы пришли к кабинету Гая. Гостеприимно распахнув перед нами двери, он пропустил нас со Старшим инквизитором вперёд, а затем запечатал двери изнутри, попутно активировав защитный контур от подслушивания. Я по привычке заняла правое из кресел, предназначенное для посетителей, примостив ноющую ногу поверх наклонённой к сидению трости. Во второе опустился Старший инквизитор.

— Чаю? Кофе? Вина? — спросил Гай, подходя к стеллажу позади своего письменного стола.

— Кофе, — коротко ответил Старший инквизитор. Он наконец-то откинул с головы капюшон. Я уже начала думать, что он с ним сросся намертво. Сколько бы раз мы с ним не пересекались ранее, Старший инквизитор всегда был наглухо закован как в латы в свою тёмно-фиолетовую мантию с неизменно опущенным почти до самого подбородка капюшоном, в глубине которого светились серебристыми огнями глаза, добавляя образу некоторой загадочности и… жути.

Сейчас же я впервые получила возможность увидеть лицо Родерика Майера-младшего полностью. Худощавое с высокими скулами, будто высеченными умелым скульптором, но при этом ни чем особо не примечательное. По-аристократически бледное, оно резко контрастировало с угольно-чёрными коротко стриженными волосами. Удивительно было видеть подобную причёску у инквизитора, а тем более Старшего.

Осторожно, стараясь не привлекать внимание, я продолжила рассматривать Майера-младшего. Прямой нос, нисколько не походил на ""картошку"", занимавшую половину лицо его приснопамятного дядюшки.