Лесной глуши неведомые тропы читать онлайн

Когда чужак вернется, мимо меня не пройдет, — она довольно хихикнула и покружилась по комнате, — а уж как соберу деньжат, куплю себе новое платье. В воскресенье ярмарка, пойдешь со мной?

Я лишь вздохнула. У меня тоже была мечта: купить красивую толстую книгу обо всех хворях, что есть на белом свете, и обо всех снадобьях, которыми можно их лечить. Иногда ее привозил на ярмарку старьевщик из соседней деревни — на нее еще старая Ульва засматривалась, хоть и неграмотная была. Старьевщик говаривал, что попала к нему книга от столичного лекаря, которого сожгли на костре за колдовство — перед смертью бедняга хотел сохранить ее как великую ценность, чтобы не сгорела вместе с ним.

Иногда старьевщик позволял мне полистать пожелтевшие страницы, и я с замиранием сердца рассматривала картинки, на которых нарисовано было человеческое тело вместе со всем нутром, жадно запоминала мудреные названия и разные увечья, которые мог получить человек. Я понимала, почему того лекаря предали смерти: в книге сказано было, что из человека можно вынуть хворые внутренности, положенные ему для бытия Создателем, и после этого действа — которое в книге называлось «операцией» — тот все равно сможет жить, и даже стать здоровее, чем прежде. Не иначе как колдовство… Так сочли те глупые люди, что обвинили лекаря в ереси и богохульстве. Но я-то в Создателя не верила — от Ульвы переняла уважение к старым духам.

Страсть как дорого стоила та книга, но я не теряла надежды и упорно копила на нее медяки. Воскресная ярмарка могла принести еще одну встречу с моей потаенной мечтой.

— Пойду, — кивнула в ответ, — но не за платьем. Картошки надо прикупить на зиму да зерна для кур…

— Фу, ты как старая бабка, Илва! — Мира смешно наморщила точеный вздернутый носик. — Картошка, куры! Ты посмотри на себя, глянь только на свои руки!

Смотреть было не на что — и без того ясно, что руки мозолистые и шершавые, загрубевшие от тяжелой работы. Не сравнить с руками Миры, белыми и холеными, не знавшими иного труда, кроме постельных утех.

— Мне пора, — вздохнула я и вновь натянула платок.

— Идем вместе, провожу тебя. Страсть как охота на чужака твоего поглазеть.

— Он не мой.

— И то правда — мой будет, — рассмеялась Мира.

Глиняный кувшин со свежим молоком дожидался меня на стойке у Ираха. Подхватив его, я распрощалась с подругой и вышла во двор.

— Эй, Илва! — услышала позади себя, едва дошла до калитки.

Не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто зовет меня — конечно же, Хакон.