Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Под этим «институтом» понимались и официальные организации, и мировая банковская система как совокупность правил международных расчетов, и более общие «правила игры» (вроде поддержки золотого стандарта), которые в ней были приняты. Вот все это вместе и составляет институт международного банкинга, который можно описывать как нечто самостоятельно существующее. Поменяйте в нем какую-то деталь – например, золотой стандарт, – и перед нами возникнет новый «институт», заслуживающий отдельного описания.

Начиная с семидесятых годов прошлого века наиболее интересные открытия в теории Власти стали делаться с помощью создания таких вот теоретических конструкций, проливающих свет на отдельные аспекты стоящей за ними реальности.

У каждого исследователя при этом получались свои собственные институты, каждый из которых, если читать про него отдельно от всех остальных, вполне можно принять за нечто реальное, и притом лежащее в основе всей общественной жизни.

Насилие, дисциплина, деньги, право – не правда ли, эти слова вызывают почтение, и каждое из них весомо претендует на роль самого главного в нашей жизни? А между тем это всего лишь институты, теоретические конструкции, созданные для описания очередного проявления все той же Власти.

Глава 5. Институты

Насилие, дисциплина, ресурсы, деньги и право – многочисленные друзья человека Власти

Насилие, если оно позволяет себе помедлить, становится властью.

Элиас КанеттиТеоретик. Печальная судьба открытий Миллса и Квигли надолго отбила у ученых интерес к изучению властных группировок[757].

Однако сами эти властные группировки и осуществляемая ими Власть от этого никуда не исчезли.

Практик. Более того, никуда не исчезла и потребность самих властных группировок узнавать что-то о своих конкурентах. Расскажу одну историю, мораль из которой вы легко сможете вывести сами. Однажды я сидел в некоторой компании, в которой один из участников, по чисто личной причине, воскликнул: «Откуда взялся этот Бойко?[758]» У меня был ответ на этот вопрос, и я ответил, что он сын Владимира Шамберга[759] и правнук Соломона Лозовского.

– Ну ладно, – сказал мой собеседник, – предположим, Лозовский действительно представлял серьезные силы в мировом еврействе, но он уже давно умер. А Шамберг кто?

– Тебе имя Григория Морозова[760] что-то говорит? – спросил я.

– Это первый, случайный и недолгий муж Светланы Аллилуевой.

– Ну вот, а Шамберг – первый, случайный и недолгий муж дочери Маленкова.