Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Может быть, в моем положении и полагалось стенать, заламывая белые руки, или же дрожать от страха - снежные своим пассиям стирали память после собственно процесса, так что я понятия не имела, что ждет меня с этим. Но вместо страха или опасений я испытывала только злость! И ярость. И бешенство такое охватывало, стоило лишь вспомнить его холодно-безразличное - ""Вы станете моей любовницей"". Да он хоть представляет, чего стоило безродной сиротке вырваться из бедности и добиться должности секретаря градоуправителя, причем добиться своим трудом и мозгами?! Я ночами не досыпала, я работала сутками, чтобы из клерка в захудалом монастырском архиве выбиться в секретари городской администрации! Впрочем, лгу - одной работоспособности было мало - я пошла на откровенный подлог, подделав документы, и из безродной сироты став племянницей престарелого господина Мастерса, который опровергнуть родство не смог, по причине совершенного расстройства памяти.

И потому, когда к нему заявилась пятнадцатилетняя племянница, принял, как и полагалось принимать бедных родственников.

И пусть я несколько лет прожила на чердаке под крышей, меня откровенно презирала вся прислуга и естественно никто не стал включать мою персону в завещание, зато в городе я пользовалась заслуженным уважением, в мэрии никто не смел приставать к племяннице уважаемого господина Мастерса, а сын купца Закари Тейс, который безмерно мне нравился, счел честью сделать предложение родственнице именитого горожанина. И все было чудесно! Все было замечательно и шло по плану, пока его снежность лорд Эйн не соизволил заявиться в наш город!

За что?! Небеса, вот скажите мне, за что?!

Карета продолжала мирно поскрипывая, увозить меня в непонятное ледяное будущее.

.. будущее любовницы! Мразь! Я ведь теперь даже вернуться не смогу, после подобного позора. Точнее нет, я вернусь, но даже представить сложно, чего мне будет стоить найти себе новое имя, новую биографию и вообще вновь добиться уважения... И в этот город возвращаться мне уже нет смысла - ни один из наших мужчин не возьмет в жены женщину, побывавшую чьей-то любовницей.

Злые слезы невольно покатились по щекам. Злые, обиженные слезы! Вот за что мне это? И почему вообще я?! Один раз, всего один раз сказала: ""Господин Найнван занят. Чай, кофе, горячительные напитки?"". И все! На этом было все. Но снежный ублюдок медленно повернул голову, смерил меня взглядом с ног до головы, усмехнулся и выдал - ""В мою карету"".