Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Если ты думаешь, что пищать и брыкаться, когда меня какой-то мужик тискает, это то, о чем я всю жизнь мечтал, — ты сильно ошибаешься, — язвительно прокомментировал агитацию Кусаригамы Баад. — Спасибо, дружище, за такую привлекательную перспективу. Я прям в восторге.

— Ну, я хотя бы попытался, — невозмутимо пожал плечами Фил, снова покосившись на кота, с которым Баад именно в данный момент с большим удовольствием обжимался. — Тут у каждого своя стратегия. Тайка вот напором берет, я… я как она, мы всë ж одно целое.

Правда, по прошествии времени решили, что быть двумя разными личностями интереснее и забавнее… но это частности. А прядильщик наш, можно сказать, сам нас поймал и нитками запутал. Активный такой оказался малец и упертый. Так что нам тупо проще оказалось — не пришлось за ним по всей призме бегать… — Фил пожал плечами и откинулся в мягкое кресло. — Ладно, эт дело прошлое. Кстати. Ты своего не спрашивал, с какой ржи вообще его Прародитель сюда притащил? Намечается очередная всепризменная ржопа или что?"

"— Да не мой он ни разу, — отмахнулся Баад с досадой.

— Не спрашивал я ничего такого. Всë равно некогда было — он то бухой, то больной, то просто на всю башку ржавый. Еле отделались. И вообще. Я даже к нормальному Мастеру сейчас в привязку не пойду. На кого я эту Иголку брошу, спрашивается? — Он кивнул в сторону расслабившегося во втором кресле Эмеичи. — У нас уговор был, помнишь? По старшинству. Ты нормально отвалил, как самый древний, теперь у нас Ксан на очереди.

Пока его Мастер не найдется, обо мне и речи нет.

— Пф-ф-ф, ты еще помнишь этот детский договор? — засмеялся Ксан. — Когда это было? На первом курсе в академии?

— Детский, не детский, без разницы, — упрямо насупился рыжий. — Мы поклялись. Я свое слово привык держать! Да и вообще… — внезапно Кпинга лукаво улыбнулся, — где-то я слышал, что если младшее в семье Оружие находит Мастера раньше старшего, то быть старшему одиноким до конца своих дней! Как я могу так с тобой поступить, дружище?

— Мя, — прокомментировал всеобщий хохот дымчатый кот, слезая со своего места на спине у рыжего и садясь на диванную подушку с самым озадаченным видом.

Он слегка подергивал кончиком хвоста, шевелил ушами и очень задумчиво смотрел на в меру веселящегося Эмеичи. А потом спрыгнул с подушки, подошел, понюхал Ксана, почесал за ухом… и ушел в другую комнату, провожаемый обожающим взглядом рыжего.