Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Кажется, со шпалой перестаралась. Молчит, лишь глазами хлопает. Дар речи пропал? Надеюсь, не навсегда?"

"Шейд шумно сглотнул и показал пальцем на сферу:

– Это противоядие?

– Нет. Твой яд, в том виде, в каком он должен быть. Твое противоядие – это я. Моя магия.

Подробности лучше опустить. А то встанет на хвост и ни за что не позволит.

– Ложись, – скомандовала я, надавливая на грудь Шейда. – Я поняла, как исправить то, что натворил Ивиан.

Ни секунды не думая и не задавая вопросов, он растянулся на матрасе. И от этого доверия, безусловного, безграничного, защипало в носу.

Так, потом поплачу от избытка чувств. Я распласталась сверху. Чем ближе к яду, тем лучше.

– Передай мне всю мою магию, что ты забрал как фамильяр. А потом представь, что ты… статуя, – я прижалась щекой к груди василиска, пузырьки послушно зависли над нами, – а я… плющ. И тебя совершенно не волнует, что я там делаю, хорошо?

– Это будет непросто, – с тихим смешком ответил Шейд.

Его руки прогулялись вверх по моей спине, оставляя приятное ощущение тепла, и обняли меня за плечи.

И громко объявил:

– Я статуя!

Именно! Большая, теплая, с гулко бухающим под моим ухом сердцем статуя. Любимая. Вредная статуя. Моя!

Я зажмурилась, сосредоточилась. Перед глазами возникла знакомая до боли картина. Ай, реально до боли – первые колючки воткнулись в меня. Ничего, потерплю.

Зеркальный кактус оплетал Шейда уродливыми ветками, отсвечивал бликами кривых граней. Вязкими сгустками его облепляло противоядие, ловило вылетающие острые иглы.

Не все.

Часть игл попадала в меня, остальные исчезали в крови. Я подбиралась все ближе и ближе, и теперь ясно видела все. Даже то, что раньше не могла рассмотреть.

Видела прозрачные мелкие стеклянные иглы, кишащие в крови василиска, – измененный яд. Видела крошечные пузырьки ветра – родной яд. Видела, как кисельные сгустки втягивают иголки измененного яда, растворяют их и выпускают пузырьками ветра, а сами уменьшаются, становятся жиже, слабее. Видела, как гадкое зеркало глотает правильные пузырьки и выплевывает вновь неправильными колючками.

Целая жизнь. И шаткое, очень шаткое равновесие, поддерживаемое лишь противоядием Гилиака. Увеличься хоть на немного концентрация измененного яда, и Шейд погибнет. Он и так в шаге от черты.

И спасти его могу только я. Я, маг ядов без году неделя, без знаний и опыта. Гостья с Земли, которая три месяца назад не то что о магии, даже об Альриане не слышала.

Гилиак создал прекрасное противоядие.