Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он словно еще раз хотел показать, что, даже захватив крепость, тот все равно проиграл другую битву и Шивон принадлежит другому мужчине. Женщина тоже обернулась, и Кейдан почувствовал, как сводит у него плечи под этим взглядом, столько в нем было непривычной злобы и презрения."

"Ну конечно больше всего мы ненавидим тех, кого предали. Стараясь не показать, насколько эта картинка резанула по живому и убила последнюю, иррациональную и неправильную надежду, герцог чуть сжал зубы и холодно глянул на проигравших.

По закону о магических войнах и сохранении крови теперь все земли и источники графства принадлежат победителю, но при этом он обязан был отпустить прежних владельцев и всех, кого они захотят забрать с собой. И позволить им увезти все, что поместится на уцелевшие телеги.

Кое-какой скарб верные слуги уже собрали, наверняка и драгоценности, зашитые в полы одежды, у бывшего правителя имеются. С голоду не умрут, и Шивон сможет по-прежнему вести жизнь высокородной дамы.

О которой никогда не мечтала, пока не решила вдруг, что все же любит Райно и не бросила ради него Кейдана, унеся заодно планы крепости Росшерхард и все защитные артефакты со стен. Все же она была сильной и умелой магичкой, ей хватило сил деактивировать и украсть самые мощные. А сейчас бывшая возлюбленная золотого герцога смотрела на него взглядом готовой укусить ядовитой змеи и до побелевших пальцев цеплялась за резную раму большого старинного зеркала, лежавшего рядом с ней в телеге.

Стекло было затянуто какой-то полупрозрачной тряпкой, и Кейдан не обратил бы на это никакого внимания, если бы его бывшая возлюбленная поменьше нервничала. Ну в самом деле тут замок рухнул, а она вцепилась в какую-то ерунду. Странно.

Шивон вообще выглядела странно. Это была она, сомнений нет, Кейдан, даже не напрягая истинного зрения, видел ментальный отпечаток в ауре, его не подделать. И она была в своем уме, не под воздействием, не под проклятием, Фарис прав.

Но она… За все время, прошедшее с ее неожиданного предательства и побега, герцог не видел Шивон вблизи. Только издали, только мельком, на приеме у короля и потом в храме, где она венчалась с Райно. Ему тогда не дали приблизиться, да и сама женщина явно его избегала. И он не мог заметить ничего странного, а сейчас стоял и хмурился, не понимая, что его так беспокоит, и почему веселая, честная, сильная и открытая Шивон так изменилась.