Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И они принялись играть в «тетку», в эту игру проигрывал тот, у кого было больше взяток, жадная Фаина автоматически придерживала взятки, и Лиля надеялась Фаину обыграть, – она тоже была азартная, не хуже Фаины.

Глава 2. Начало пути

Поперек комнаты висела веревка с никогда не просыхающим бельем, как будто занавесом отделяя широкую кровать на сцене от зрительного зала. Все белье было одного цвета – грязно-серое.

– Я вас люблю... – низким страстным голосом сказала Лиля, приподнявшись на кровати, и подчеркнуто соблазнительным движением плеч сбросила с себя ворох пледов.

И сама себе манерно пропищала в ответ: – О-о, да, я вам верю... Я безумно люблю ваши стихи... и вас."

"В комнате стояла печурка с трубой через всю комнату, уходящей в каминную отдушину, но топить было нечем, и было так холодно, что изо рта у Лили шел пар. Она быстро скользнула обратно под пледы и оттуда опять страстно зашипела «мужским» голосом:

– Моя дорогая, бесценная, несравненная... придите же ко мне!

Ася из-за белья улыбнулась ей снисходительно, как будто Лиля была балованное дитя, сняла с веревки чулки, приложила к щеке – влажные, но ничего не поделаешь, – присела рядом с Лилей, принялась натягивать чулки.

– Ох, ну хорошо, я согласна, любите меня, любите!.. – опять «женским» голосом пропищала Лиля и обхватила Асю, потянула на себя, и они несколько минут возились, щипались и хихикали, пока Лиля не затихла, прижавшись головой к Асиной руке.

Фаина ревниво называла эту их возню «мамканье», и действительно, они как будто немножко в дочки-матери играли: Ася была мама, Лиля – дочка.

Поначалу Лилины отношения с Асей были похожи на так презираемое когда-то ею восторженно-девичье «обожание» институток: Лиля приникла к Асе, как одинокая потерявшаяся зверушка, как зверушка, все время следила за ней глазами и начинала беспокойно оглядываться, когда Ася выходила из комнаты. Бывают люди, для характеристики которых подходит всего одно слово, для себя самой Лиля могла бы найти много разных слов, а Ася была – добрая.

С кем-то другим она постаралась бы соблюсти достоинство, не распускаться так, но Аси ей не было стыдно. Правда, узнав Асю так близко, как только два человека могут узнать друг друга, Лиля мысленно сделала поправку – Ася добрая до глупости, Ася слепая курица, никогда не видит в людях ничего плохого, а значит, и вообще НЕ ВИДИТ людей.

Но вскоре, когда Лиля уже совершенно освоилась в своем новом доме, роли между ними переменились.