Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Это соглашение было неплохим выходом из ситуации, ведь стая Кельвина не желала самостоятельно заниматься столь неинтересным делом, как выращивание растений, овощей, фруктов и скота, поэтому раньше они просто совершали набеги на деревни, убивая мирных граждан, теперь же, исправно получая всё это, даже с запасом, дикие прекратили свои набеги.

Именно поэтому Брендон был весьма удивлён, когда, очнувшись, узнал от Адриана, что нападение было совершено стаей Кельвина. Он тут же потребовал организовать встречу с вожаком Диких, на которой удалось выяснить, что заказа на жизнь альфы Вудворд Кельвину не поступало, искать нападавших нужно где-то в другом месте.

— Выяснили, только от этого понятнее не стало, — поморщился Брендон.

Он бы с гораздо большим удовольствием провёл это утро по-другому: в постели, со своей истинной, которая, кажется, наконец сменила гнев на милость. Брендон, утром перенёсший спящую девушку к себе в спальню, чтобы не тревожить её сон пробуждением и сборами в садик сына, несколько минут рассматривал её такое красивое и умиротворённое лицо, наслаждаясь запахом и тем, как органично она вписалась в пространство его спальни.

Обычно, он не допускал в свою комнату посторонних, Лесли удостоилась чести иногда ночевать в его кровати только через пару лет их связи, Рину же, хотелось запереть в этой спальне, привязать к широкой кровати и никуда не выпускать. Поцеловав спящую девушку, которая чему-то улыбалась во сне, Брендон тихо покинул спальню, решив, что сегодня же вечером расскажет ей тайны прошлого, которые до сих пор стояли между ними.

"Теперь же, выйдя из заброшенного старого дома, стоящего посреди леса, Брендон ощутил непонятное тревожное чувство волнения, а затем яркую вспышку боли в груди, что разлилась по всему телу.

— Альфа, с тобой всё в порядке? — спросил Адриан, глядя на побледневшее, напряженное лицо Брендона.

— У тебя с собой переговорный артефакт?

— Да, — кивнул бета, удивлённый вопросом.

— Быстро свяжись с особняком и узнай, как Николас и Рина, — приказал альфа, понимая, что, возможно, уже опоздал.

Ужас, боль, непонимание — чувства, которые, словно цунами обуревали его, вот только принадлежали они совсем другому человеку, и она явно в опасности.

Глава 28

* * *Женский крик разрезает тишину. Я снова здесь, среди густого, непроходимого леса, в коридоре лачуги, уже знакомом мне.