Маньяк между строк читать онлайн

– Зачем ты привезла с собой его дневник, если уверена, что это не он, и не собиралась заниматься этим делом? – поинтересовался я, когда, наевшись, Виктория собирала вещи, чтобы перебраться к себе: оставаться у меня больше не было резона, поскольку Борис ее убежище все равно спалил.

– Не заниматься, видимо, не получится, – развела руками тетка. – Но и сушить эти папирусы было необязательно. Можно же по почте копии запросить.

Я усмехнулся ее вечной практичности, которая была направлена на создание абсолютного минимума телодвижений для нее самой.

Никогда не делай того, что можно перепоручить другим.

– А дневник его нужно изучить, потому что этот Алексей Шляпник все-таки каким-то образом оказался в поле событий, мало того, почему-то воспринимает их как произошедшие с ним самим. Это очень подозрительно.

До нашего отъезда благодаря котику Филе я сумел прочитать только самое начало истории.

Игорь сегодня спросил, не еврей ли я. Почему-то если что-то выдающееся во внешности, то сразу еврей. В моем роду каждый норовил взять в супруги инородца, а желательно еще и иноверца.

Есть и русские, и татары, и турки, и поляки, и финны, и евреи, и немцы и даже какой-то англичанин, говорят, мимо пробегал, оставив в наследство будущим поколениям длинный узкий подбородок и рыжие кудри. Наверное, англичанин тоже был из наших и имел в своей родне пару-тройку ирландцев.

У нас в группе девушек и парней поровну: пятнадцать и пятнадцать. Все вольные художники и гении. Во всяком случае, так говорит о себе каждый.

А кто не говорит, тот думает. Пока присматриваюсь, но сразу ясно – контингент непростой. В основном все самарцы. Из парней в общаге живет пятеро, включая меня. Из девушек кто-то тоже живет в общаге, это в соседнем корпусе. Кажется, Валя. Мы пока не настолько близко знакомы с женским корпусом.

Есть две блатные подружайки: Лена и Изольда. Изольда – сплошное недоразумение. Челка стоит, как крыло у истребителя, лосины, куртка джинсовая, юбка с пол-ладони, красится, душится, все дела, но страшненькая.

Как на картинах Яна Ван Эйка, будто пила не просыхая неделю. Только, к сожалению для Изольды, это ее обычный вид. Еще и тощая. Зато папа – проректор по науке."

"А вот Лена очень даже. Глаза красивые, серые. Брови. Пальцы. Какие пальцы! Работала вчера за соседним мольбертом. Шебутная, только в путь. В общем, одна мертвая царевна, вторая – Забава Путятишна. Папа у этой Лены тоже какой-то большой туз. Бизнес в Москве крутит. Что-то с инвестированием.