Name: Марь
Author: Татьяна Владимировна Корсакова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Мне что, еще раз повторить? – рявкнул он, снимая с плеча автомат.

– А что нужно делать? – тут же раздался чей-то голос."

"– Ничего особенного… Главное, слушаться меня во всем… За это буду выдавать дополнительный паек, – говорит Грек. – Ну, кто готов?

– Да вообще-то можно… – послышался все тот же голос, и скоро на поляну вышел затрапезного вида солдат. До этого он был таким незаметным, что Грачевский даже фамилии его не помнил.

– Ну, кто еще?.. – пьянея от сознания власти, спрашивает Грех.

За первым бойцом вышло еще трое. А потом пошло-поехало…

– Все, хватит! – говорит Грек. – А ну-ка, – тут же приказывает он добровольцам, – ищите веревки и вяжите своих начальников. – Те в нерешительности. На это, дескать, мы не подписывались. Стоят, понурив голову.

– Да они же боятся их! – воскликнул Шепелявый. – Давай, Грек, завалим сержантов – и дело с концом.

– Еще успеется… – сплюнув, произнес Грек. – Ну, кому говорю! – угрожающе посмотрел он на добровольцев.

Те испугались этого взгляда и бросились выполнять команду. Следом – Шепель с Гузей, вроде как для подстраховки. А вдруг сержанты начнут сопротивляться?

Остальных бойцов загнали в балки.

– И чтоб никто носа оттуда не высовывал! – приказал Грек. – Иначе пристрелю.

Грачевский, раздавленный и жалкий, стоял и с болью наблюдал всю эту картину. Теперь все, теперь ему конец, решил он. Если эти беглые его не прикончат, то уж Аноха точно не упустит такого случая. О, он припомнит ему все! И то, как Володька голодом их морил, когда они с дружками отказывались работать, и как дисбатом грозил, и как на холодной «киче» держал столько дней…

Он пошевелил отекшими от веревок руками.

А «геологи» эти все-таки его перехитрили… Шакалы! А так бы не он, а они сейчас здесь стояли – не вышло…

Мысли, мысли… Они раскаленной лавой текут и текут в его голове. Но удивительное дело… Сейчас его меньше всего занимала собственная судьба. Он думал о пацанах. Что с ними-то станет? Вот, оказывается, как оно бывает.

Когда отвечаешь только за себя – это одно, но когда тебе вдруг доверят судьбы других людей, то тут уже совсем другое. Раньше он никогда об этом не думал, а теперь вот приходится. Но что он может сделать в своем положении, чтобы сохранить этих людей, этих желторотых птенцов, которых только недавно оторвали от мамкиной сиськи?

Заметив неподалеку Лукина, тихонько позвал его. Но тот и ухом не повел.