Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Понимаешь?

— Так я, это, я, Вы как сказали, так я и делаю. — Калугин начал заикаться, не понимая к чему клонит Шмаров и начал морально готовиться к полиэтиленовому пакету, резиновой палке или к изнасилованию.

— Ты вот думаешь почему здесь зэков на этапе ебут?

— Э-э, я, я не знаю. — совсем в ступор вошёл Калугин.

— Для порядка! А почему зэки зэков ебут?

— Наверно тоже для порядка. Раз сказала администрация, значит так надо. — наугад ответил Калугин.

— Ну-у, типа того. Так вот, завтра со мной на этап пойдёшь. Если выебешь зэка по этапу, значит я буду тебе доверять.

А если нет, то тебе пиздец. Полный пиздец, ты понял? Да и тебе самому наверно уже давно охота кого-нибудь отъебать. Вот и докажешь заодно свою преданность оперативному отделу. Совместишь приятное с полезным.

— Вы серьёзно?

— Я что на клоуна похож? Или ты отказываешься?

— Никак нет, я всё понял. Просто предложение необычное. — ответил Калугин и прикусил язык. Опасно было спрашивать о том, что ему будет, если он откажется от этого предложения, а наверно уже теперь приказа.

— Вопросы есть?

— Нет, а куда мне завтра идти?

— Я тебя сам вызову. Маска, гондоны, всё есть. Ты про это не переживай, я же не враг своим преданным агентам. До завтра, свободен.

— До свидания гражданин начальник. — сказал Калугин и ушёл в отряд.

— Вот и посмотрим, осужденный Калугин, преданный ты агент или просто так хочешь на чужом хую в рай уехать. — добавил Шмаров после ухода Калугина.

Калуга шёл в отряд ошарашенный предоставленной ему Шмаровым свободой выбора.

Ничего не меняется в этом мире — или ты, или тебя. Калуга наверно был готов вытерпеть всё, но насиловать зэков он точно не хотел. Что угодно, но не это. Они и так его превратили в стукача. Теперь хотят из него маньяка сделать? Да его завалят за это, не в этой зоне, так в другой. Да хоть на воле, за такое завалят, где угодно. Да даже дело не в том, что его завалят. Он и в самом страшном сне не мог себе представить, что сам насилует зэков. Это был уже перебор даже для Калуги.

Вечером после отбоя он лёг на шконку.

Калуга укрылся полностью одеялом и тихо заплакал. Капли дождя застучали по стёклам барака.

ИК-50. Братишка

Бобышкин и его троюродный брат Роман Дюбов сидели в ресторане по случаю дня рождения супруги Ромы. Рома работает в кредитном отделе всем известного банка. Часа через два основная масса приглашённых уже напилась и все пошли танцевать. Рома начал с Лёшей серьёзный разговор.

— Лёша, у меня к тебе есть дело на взаимовыгодных условиях.