Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— быстро протрещал дневальный и убежал.

Бобышкин достал из кармана сотовый телефон и нехотя позвонил. Лёша терпеть его не мог. Их отношения были натянуты, так как начопер постоянно дрочил Бобышкина по службе. Но скорее всего это было личное.

— Алло, здравия желаю, товарищ майор, Бобышкин. Искали?

— Искал. Слушай, Лёша, я не понял, а почему Француз в этом месяце уже третий раз на свиданку пошёл? Опять с женой, а главное, что жёны все разные. У нас многожёнство разрешили? Я подписывал заявление только законной супруге.

— Так товарищ майор я же к Вам заходил. Коньяк французский заносил, три ящика. Вы же сами сказали, чтобы Француз по-французски рассчитался.

— Бобышкин, ты дурак что ли или прикидываешься? Во Франции чем рассчитываются?

— Не знаю, я там не был.

— Французскими деньгами или по курсу в рублях. Понял?

— Понял, а сколько денег надо?

— Ну всяко не меньше, чем эти шлюхи стоят, которые к нему приезжают. Что мы дешевле проституток стоим что ли? Вот сколько стоит один час у проституток, вот столько и у нас будет стоить.

А от твоего французского коньяка у всех уже изжога. Понял?

— Понял, но он же уже рассчитался.

— За три свиданки в месяц — это да, не спорю. Только базар был про жену, а не про блядей. Бобышкин, не морочь мне голову, а то я тебе лавочку прикрою. Вместо комнаты свиданий будешь штрафной изолятор курировать. Ещё и супруге Француза позвоню, скажу, что изменяет ей. Понял? Деньги вечером занесёшь.

— Так точно товарищ майор.

Эх, подумал Бобышкин, не удалось навариться.

Кто-то сука сдал и деньги уже потрачены. Как-то надо Француза раскрутить на бабки или что-то замутить. Ему я обещал с разными бабами, заплатил он за разных, а я подписал только с женой. Стукача начальника оперчасти искать себе дороже будет. Думай, Лёша, думай, сам себе сказал Бобышкин и в очередной раз укорил себя в том, что еврейский вариант с ним не проходит. А ему всегда так охота урвать с проплывающих мимо денег, хотя бы небольшой кусочек. Наверно мамины гены. Правильно думал Бобышкин, майора Воронова Альберта Давидовича ещё никто не обманул на деньги.

"Лёше нравилось курировать комнату длительных свиданий. Денег правда меньше, чем УДОшниками заниматься, но зато каждый день немного есть. Да и должность не та, чтобы курировать УДО, там уже другие бабки. Бобышкин ещё раз вспомнил слова Альберта Давидовича про штрафной изолятор, в котором навариться можно только на водке и наркоте. Почесал затылок, надел фуражку и пошёл в комнату длительных свиданий.