Медвежий угол читать онлайн

Это было обиталище нечистой силы, лесных духов, ночных кошмаров – трудно было представить себе, что в этом лесу тоже иногда светит солнце и поют птицы.

Впрочем, Гуров очень сомневался в том, что птицы здесь обитают. Пробираясь сквозь бурелом, он внимательно присматривался ко всему и приходил к неутешительному выводу, что все здесь подтверждает справедливость старой поговорки «Чем дальше в лес, тем больше дров». Действительно, по мере того как они углублялись в чащу, вокруг появлялось все больше дров и все меньше здоровых полноценных деревьев.

Моисеев лес был почти мертв. Но именно этот печальный факт опять вдохновил Гурова. Он все больше убеждался, что в словах Легкоступова было много правды.

Но если Гуров на что-то надеялся, другие участники «экспедиции» были скорее разочарованы. Даже Крячко приуныл и примолк. А Мария и вовсе не скрывала своего раздражения – она была убеждена, что мужа следует искать на Черных болотах. До сих пор она молчала, целиком подчиняясь указаниям Гурова, но чувствовалось, что терпение ее подходит к концу.

Они уже битый час пробирались через залежи валежника, уходя все дальше и дальше в чащу, но не обнаруживали даже малейших намеков на присутствие человека. Учитывая, что поиски Смиги были их основной целью, результат можно было признать удручающим. Гуров чувствовал, что очень скоро на него посыплются упреки. Но не это волновало его. Сейчас его гораздо больше заботил вопрос, сумеют ли они найти до темноты пресловутые затопленные шахты.

Хорошенько все взвесив, он вполне допускал, что Смигу следует искать именно там. Если все, что происходит в поселке, так или иначе крутится вокруг проблемы химических отходов, то и Подгайский и Смига неизбежно должны были выйти на затопленные шахты. Ничего удивительного, если для Смиги одна из них стала могилой. С точки зрения потенциального убийцы лучшего места спрятать труп не придумаешь.

Задумавшись о своем, Гуров пропустил момент, когда терпение участников похода истощилось, и всех их охватила апатия.

Они как раз вышли на открытый участок, который назвать поляной не поворачивался язык, и остановились. Собаки, насторожив уши, зорко всматривались во тьму близкой чащи, но не проявляли ни малейших признаков волнения. Другое дело – люди. Донельзя раздраженная Мария с отвращением вертела по сторонам головой, кусая губы и едва сдерживая рвущиеся наружу злые слова. Фомичев деликатно вздыхал и скептически поднимал брови.