Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Ладно, проехали, – сказал Гуров. – От твоего пения у меня еще сильнее разболелась голова. Перестань тянуть кота за хвост и переходи к фактам.

– Согласен, перехожу к фактам, – произнес Крячко. – Факты следующие – поняв, что на проходной мне ничего не светит, я начал изучать пути подхода к объекту. Путей практически не было. Забор у них капитальный, трехметровый, с колючкой наверху. Транспорт проверяется еще более тщательно, чем пешая личность. Тогда я решил – раз Магомета не пускают к горе, то будем ждать, когда она сама к нему явится.

Ждать пришлось до конца второй смены. После обеда с завода потянулись усталые, но довольные работяги. У всех на лицах было написано единственное желание – выпить.

– Неужели у всех? – не удержался Гуров.

– Ну, разумеется, – кивнул Крячко. – Производство-то токсическое, поэтому организму требуется протектор. Лучшего протектора, чем спиртные напитки, не бывает – это между прочим медицина доказала – я тут совсем ни при чем… Короче, я высмотрел себе работягу поинтеллигентнее и вступил с ним в ненавязчивый контакт.

Ты же знаешь, как я умею вступать в контакты… Через пять минут мы уже были друзьями. Я предложил это событие отметить. Мой друг – его зовут Вася – согласился. Мы отметили событие в кафе «Ротонда». Но я был очень сдержан – я все время помнил о долге, не сомневайся!

– Не размазывай кашу по тарелке! – взмолился Гуров. – От твоих загогулин у меня уже глаза на лоб лезут. Говори по существу!

– Я и говорю по существу, – обиделся Крячко. – Мы взяли по сто пятьдесят «Смирновской», харчо, свежей селедочки с луком… Это было достаточно существенно! После такого вступления люди становятся намного добрее и откровеннее.

Мой Вася не стал исключением, и, когда мы взяли еще по сто пятьдесят, он заговорил. То есть это я разговорил его наводящими вопросами. Без меня он наверняка начал бы говорить о политике или о бабах. Мы, конечно, и об этом поговорили, но он мне рассказал и про химические отходы.

– Вот ведь какая ты скотина! – в сердцах произнес Гуров.

– С этого ты должен был начинать!

– Но тогда бы ты не понял, что «Смирновскую» я пил отнюдь не ради удовольствия, – рассудительно заметил Крячко. – А отходы никуда не денутся. До следующего вторника. Каждый второй вторник месяца бочки с отходами грузятся на специальные трейлеры и вывозятся с территории завода – практически под вечер, чтобы не привлекать лишнего внимания. Собственно, на заводе ни для кого не секрет, что отходы куда-то сплавляют.