Меня зовут Корокотта читать онлайн

Внутри было светлее, чем снаружи, благодаря масляной лампе, заправленной, судя по запаху, маслом из буковых орешков. Оливковое здесь стоит дорого. Лампа стояла на треугольной каменной полке, приделанной в углу на высоте около полутора метров, у ног каменного истукана. Наверное, какой-то армянский бог. Я в них не силен. На шее истукана висели венок из цветов и на золотой цепи золотая восьмиконечная звезда.

Я начал с ближнего воина, двигаясь к лавкам, а то вдруг проснутся в самое неподходящее время. Пьяные умирают легко.

Наверное, толком и не осознали, что случилось. Аркаиц арка Арташеса оставил напоследок, хотя он спал на ближней лавке. Его надо было убить не просто так, а чтобы подумали, что это кровная месть. Любой нынешний правитель хоть кого-то да казнил, так что обиженных у каждого много. По старой армянской традиции кровной мести маттах убийцу надо было привезти на могилу жертвы и перерезать там горло, накапав кровью овал вокруг нее. Я стянул тело убитого аркаиц арка на пол, в центр овала, нарисованного кровью. На голову Арташесу напялил венок, снятый с истукана. Пусть гадают, что бы это значило. Уверен, что сочтут вариантом маттаха. Цепь с восьмиконечной звездой забрал себе. Весила она не менее килограмма. Заодно снял с убитого широкие золотые браслеты со скачущими лошадьми и шагающими львами и четыре перстня, три из которых были на правой руке. Остальных убитых шмонать некогда было.

Я тихо и быстро спустился по стене башни, замер, прислушиваясь и вглядываясь в темноту. Город спал, утомленный праздником.

Ночных дозоров нет. Здесь все знают друг друга, долго не поворуешь и не пограбишь, быстро вычислят и сделают инвалидом или вовсе безголовым. Стражники тоже отдыхают. Никто не ждет беды. Враги, как они думают, далеко.

Я вернулся к спуску к реке, сильно обмелевшей к концу лета. Вода в ней холодная и течет быстро. В половодье вброд не перейдешь, а сейчас не то, чтобы запросто, но нетрудно. Согнувшись, придерживаясь руками за оголившиеся и высохшие верхушки валунов, медленно преодолеваю ее.

Ступни босых ног начинает сводить от холода. Порой наступаю на острые камни и беззвучно матерюсь. На противоположном берегу сразу обуваюсь. Мокрые ступни первое время чавкают в полусапожках с каблуками. Теперь иду открыто и быстро. Аборигены по ночам не шастают, особенно в праздник. Тропинку на лужайку на холме нашел не сразу. Помог конь, почуявший меня и коротко заржавший. Застоялся, бедолага и выщипал там все, что было съедобным.