Мертвое море читать онлайн

 – Или ты так меня проверить хочешь? Не проболтаюсь ли я после женских хитростей?

Единый сразу в нескольких должностях, мужчина как-то замялся, скривился, а потом выдохнул:

– А-а! Будь что будет! Называй меня как хочешь. А то, в самом деле, получается, что я боюсь кого-то или стесняюсь.

Но как-то прозвучавшее признание мне показалось слишком наигранным, что ли? Или неискренним? И ауру рассмотреть не удавалось, чтобы проверить интуитивные ощущения. Копнуть глубже и озадачиться?

А с другой стороны, все вроде отлично складывается.

Насиловать или притеснять девчонку я не собираюсь, а вот как источнику информации – цены ей нет. Да и пластинка янтаря на ней, аккумулирующая энергию для меня, еще ценней выглядит. Так что надо сделать все от меня возможное, чтобы и волки сыты были, и овца целой осталась. Кто в нашем коллективе волки, а кто овца, задумываться не приходилось.

«Да и то, скорей всего волк здесь один, и это я! – мелькнула в сознании лестная мысль, тут же задавленная осторожностью: – А не засиделся ли ты здесь? В тепле да сытости? А посему кончай болтать с этим типом и работай с более приятной собеседницей!»

Чем я и поспешил заняться:

– Хорошо, Нестор! Спасибо за доверие.

Жду тебя с обедом.

Ага, так он и ушел! Дверца-то закрывалась не с моей стороны. Да и хозяином положения пока оставался именно кашенос. Вот он и решил уточнить:

– Но ты так и не назвал свою профессию. Или чем ты умеешь орудовать? А может, твои умения как раз и заключаются в странном слове «генералиссимус»? Что оно хоть означает-то?

В этот момент из санузла вышла Сюзанна.

Умытая, причесанная, она села на стул, спиной к стене, положила руки на колени и замерла, уткнувшись взглядом в стенку. Словно демонстрировала свое полное пренебрежение ко всему миру.

Тогда как мы продолжили свой диалог:

– На моей родине много разных профессий. Порой и для меня загадочные и непонятные. Например: престидижитатор. А? Как звучит? – Судя по выпучившимся глазам Нестора, звучало солидно. Но затягивать разговор не стоило, поэтому я признался: – А слово «генералиссимус» обозначает высшего мастера в изобразительном искусстве.

Иначе говоря, им награждается самый талантливый, а то и гениальный художник.

Наш кормилец от такого хвастовства вначале фыркнул:

– Ну ты, монстр! Точно от скромности не умрешь! – Но тут же предложил: – А вот нарисуй, к примеру, обыкновенный глаз. Сумеешь?

– Пальцем? У себя на лбу? – сыронизировал я. Имеющийся у меня фломастер я светить не собирался.