Мера бытия читать онлайн

Обложка книги Мера бытия
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Поначалу это повествование может показаться обыкновенной иллюстрацией отгремевших событий.Но разве великая русская история, вот и самая страшная война и её суровая веха — блокада Ленинграда, не заслуживает такого переживания — восстановления подробностей?Удивительно другое! Чем дальше, тем упрямей книга начинает жить по художественным законам, тем ощутимей наша причастность к далёким сражениям, и наконец мы замечаем, как от некоторых страниц начинает исходить тихое свечение, как от озёрной воды, в глубине которой покоятся сокровища.Герои книги сумели обрести счастье в трудных обстоятельствах войны. В Сергее Медянове и Кате Ясиной и ещё в тысячах наших соотечественников должна была вызреть та любовь, которая, думается, и протопила лёд блокады, и привела нас к общей великой победе.А разве наше сердце не оказывается порой в блокаде? И сколько нужно приложить трудов, внимания к близкому человеку, даже жертвенности, чтобы душа однажды заликовала:Блокада прорвана!

О книге

Открывайте «Мера бытия» и читайте — текст лежит здесь целиком, бесплатно, без регистраций и подтверждений номера. Жанр — Легкое чтение, Легкая проза. Никаких обрезанных глав и предложений «оплати подписку, чтобы узнать, чем всё кончится»: книга представлена в том виде, в каком её написал Ирина Анатольевна Богданова.

Прежде чем нырять в первую главу, гляньте аннотацию или авторское предисловие — обычно там в двух абзацах понятно, о чём вообще речь, какой настрой и стоит ли это вашего вечера. Предисловие публикуем как есть, без редакторских пересказов от себя. Если описания пока нет или оно куцее — оставьте коммент, найдём и добавим.

Текст разбит на страницы: глазам так комфортнее, чем листать бесконечную ленту, и читается дольше без усталости. Место, где остановились, сохраняется автоматически — закрыли вкладку, вернулись через неделю, и страница откроется ровно та же. Шрифт регулируется, фон переключается между светлой и тёмной темой: вечером с тёмной экран меньше слепит, днём светлая привычнее.

Под книгой — отзывы тех, кто уже прочёл. Туда заглядывать полезно: иногда вылезают спорные смыслы, которые сам пропустил, иногда — категоричные «не моё, не тратьте время», и тоже информация. Дочитали «Мера бытия» — оставьте пару строк, кому-то это поможет решить.

Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

На локте болталась корзина с яйцами. Она вскользь подумала, что к концу досмотра от яиц ничего не останется.

Измятый аусвайс немец взял двумя пальцами. Рука была обтянута серой вязаной перчаткой. Катя покорно встала по стойке смирно.

Видимо немцу понравилось её смирение, потому что он не стал копаться в корзине с яйцами, а только отрывисто спросил на ломаном русском:

— Имя?

— Надя, — она поправилась, — Надежда Зайцева, герр офицер.

Аусвайс был отпечатан на плотной бумаге, напоминающей обёрточную.

До сегодняшнего дня у Кати не возникало нужды в документе, поэтому, когда немец вдруг резко поднял руку вверх и гортанно лающе крикнул, привлекая чьё-то внимание, она решила, что это провал. Вниз от шеи по спине проскользнул холодок, словно лёгкое дуновение ветра.

Внешне спокойно Катя посмотрела в направлении жеста, ожидая увидеть наряд автоматчиков, но, оказалось, немец призывал не их. За спинами нескольких прохожих Катя увидела высокую девушку в бежевом пальтишке и кокетливом светлом беретике.

Знакомая улыбка, тёмные брови вразлёт, вальсирующая походка.

Оля? Ой, мамочки!

Время споткнулось, остановилось и прыгнуло вперёд, отмеряя секунды до встречи.

Молниеносно надвинув платок на лоб, Катя втянула голову в плечи и опустила голову так низко, как могла.

В ожидании Ольги немец вертел в руках аусвайс, но не отдавал. Он широко улыбался и вроде бы забыл о присутствии Кати.

Она осторожно попятилась, едва не уткнувшись в другого патрульного.

Стряхнув с себя вялость, тот успел принять придурковато-бравый вид.

— Герр офицер, аусвайс, битте.

Приподняв одно плечо, Катя скособочилась наподобие горбуньи.

Немец поморщился и бросил аусвайс в корзину с яйцами.

— Данке шён, — шепнула Катя одними губами, думая только о том, как незаметно улизнуть от Ольги. Но было уже поздно, потому что Оля встала вровень с патрульным, бойко заговорив с ним по-немецки."

"Катю она сперва не узнала, но потом её взгляд стал горячим и влажным.

Когда-то, в другой, мирной и уютной жизни, они с Ольгой умели понимать друг друга без слов, стоило только переглянуться. И сейчас в сжавшемся до точки пространстве гатчинских улиц Катя мысленно умоляла Ольгу: не узнай!

Красивое лицо Ольги чуть порозовело. Одним пальцем поправив складку беретика, она повернулась к патрульным и беспечно заговорила о чём-то веселом. Взрыв хохота толкнул Катю в спину, и она побежала вперёд, не чуя под собой ног.