Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Так же молча уселась позади братца, обхватила его за талию, и мы наконец тронулись…

Трасса была почти пустой. Фонари светили тусклым уходящим светом. Где-то вдалеке, за домами небо уже стало сереть в ожидании первых лучей восходящего солнца. Алекс ехал медленно, словно наслаждаясь путешествием. А я прижималась к нему, вдыхала запах кожи и чего-то еще, непонятного, но очень знакомого и чувствовала, как глаза закрываются сами собой.

«Все же хорошо, что он за мной приехал…» – пронеслось в голове.

И на сегодня это была моя последняя мысль.

Глава 13"

"Самая большая мужская ошибка – думать, что в отношениях с женщиной возможно состояние «все устаканилось».

NNNЕва Моргалис

Утром я открыла глаза в том «замечательном» состоянии, когда хочется не проснуться, а воскреснуть. Голова гудела, словно ее засунули в Большой Успенский колокол и хорошенько по нему треснули. В глазах не просто мелькали, а феерически зажигались какие-то блики-звездочки, в ушах до сих пор стоял звон. Собственно, я и проснулась только потому, что где-то что-то упало.

Вернее, обрушилось с таким грохотом, словно со стены сорвался кухонный шкаф, доверху набитый посудой. Сердце до сих пор колотилось как сумасшедшее. С трудом подняла руку, ощупала колтун на голове, потерла глаза. О! Здравствуй чудесный мир! И родной потолок…

Пригляделась внимательнее: точно, родной. Розовый, будь проклят этот яркий цвет в такое мерзкое утро. Кстати, а как я здесь очутилась? Засыпала вроде на мотоцикле, за спиной у Алекса. Неужели перетащил?

Глаза опустились чуть ниже.

Ага, перетащил.

И переодел!

Я резко села, отбросила одеяло и уставилась на собственные ноги. Да, пижама была явно не моей, потому что, если меня клонировать три раза и запихнуть в эту одежку формата «танковый чехол», мы, все втроем, здесь отлично поместимся. Кстати, несмотря на несуразный размер, пижама была удобной: рубашка на пуговичках из мягкой ткани и широкие брюки с резинкой на поясе движения не стесняли. Правда, так и норовили поддаться гравитации и уползти вниз. Особенно рубашка.

Я подтянула ее повыше, прикрывая обнаженное плечо, и мимоходом отметила, что белье осталось на месте. Уже неплохо. Зевнула, прикрывшись ладошкой, раздвинула «занавески» перед глазами, щедро организованные вчерашней прической, полюбовалась на открывшуюся картинку и упала обратно на подушки.

– Че-ерт… – прошептала, закрывая лицо руками.

В кресле, прямо напротив кровати, сидел, развалившись, Александр. Сидел и буравил меня обманчиво-безразличным взглядом.