Миндаль читать онлайн

Я начинаю катать его по ладони, красная прожилка тоже вращается, и кажется, что шарик то грустит, то снова смеется.

Этот шарик — сливовое драже."

"Я кладу его в рот. Вкус у конфеты кисло-сладкий. Рот наполняется слюной. Я языком перекатываю драже во рту. Время от времени оно со звуком ударяется о зубы: цак, цак. Внезапно язык начинает щипать. От соленого и кислого, острого и горького. А тут еще до умопомрачения приторный запах шибает по ноздрям. Я начинаю бешено отфыркиваться.

Бах! — в воздухе раздается выстрел стартового пистолета.

Мы резко срываемся с места и несемся вперед. Мы не участвуем в забеге, и это не соревнование на результат: мы бежим сами для себя. Нам нужно просто ощущать, что наши тела рассекают воздух.

Когда я открыл глаза, передо мной стоял доктор Сим. Он рассказал мне, что случилось за то время, что я валялся в больнице.

Сразу после того, как я потерял сознание, на месте событий появился профессор Юн с полицией. Конечно, было бы гораздо круче, если бы всю ситуацию мы разрулили сами, но в глазах взрослых мы были просто детьми.

Дора связалась с классной, кто-то из ребят рассказал, что Гон общается с Колобком, полиция разыскала его, после чего уже не составляло труда выйти на Стального Жгута.

Жгута уложил Гон — пырнул ножом. Рана оказалась не смертельной, угрозы для жизни не было. Его выписали из больницы даже раньше, чем меня, и теперь он ждал суда.

За Жгутом числилось такое и столько, что перечислять здесь все нет никакой возможности. Как потом рассказывали, весь судебный процесс у него с лица не сходила улыбка, даже во время вынесения приговора (более строгого, чем ожидалось).

Я думал, как же у него были мозги устроены… хотя нет, как в принципе устроен человек. В целом. Надеюсь, когда-нибудь в его жизни наступит день, когда у него получится сменить это выражение на своем лице.

То, что Гон ударил Жгута ножом, скорее всего, будет признано вынужденной самообороной. Доктор Сим сказал, что Гон сейчас проходит психологическую реабилитацию и пока навещать его нельзя.

Профессор Юн решил изменить свою жизнь: ушел в академический отпуск, чтобы все время уделять исключительно сыну. Гон пока не очень много с ним общался, но профессор пообещал приложить все усилия, чтобы это исправить.

Доктор Сим также рассказал, что в мое отсутствие в книжную лавку несколько раз заходила Дора. Она передала для меня открытку. «Всякую писанину» она по-прежнему не любила, поэтому чисто в своем стиле вместо записки вставила в открытку фото.