Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

До скорого!

Но голос у него был какой-то странный.

Мне все объяснили, как поле включать, если машина не на специальной площадке стоит, а на траве, и про рычаг — и мы забрались в хронолет.

Я сам нажал рычаг, только не сильно — на один щелчок. Серый туман появился и развеялся, и мы уже стояли на поляне в парке. Только это был еще не такой парк, какой я видел. Пруд был и колесо тоже, только все было еще обыкновенное, а не такое, как через десять лет. Мы стояли и молчали.

— Слушай, Колька, — сказал вдруг я. — Давай мускулами померяемся!

Так я и знал — у него мускулы были тверже, чем у меня.

— Я каждый день зарядку делаю, — сказал Колька.

Ну вот, и он тоже. Я вздохнул."

"— Уже полгода, — добавил Колька.

Ну, значит, мне еще полгода можно не каждый день! А там я привыкну, наверно.

— Ладно, я пошел, — грустно сказал Колька. Он отошел немного, потом повернулся и крикнул: — А мы переезжаем! На другую улицу!

Мы с Николаем смотрели ему вслед.

— Он тебе понравился? — спросил я.

— А тебе?

— Ничего, по-моему.

— По-моему, тоже ничего. Нам за него стыдиться не приходится, а?

— Ага, — ответил я. — Слушай, а почему ты сказал, что Марс не покорили?

— Потому что его действительно не покорили. Только первая посадка с человеком на борту была.

— А площадь? — спросил я.

— Площадь? — Он засмеялся. — Знаешь, когда наши ракеты только над самой Землей летали, в газетах уже писали про покорение космоса. Но это, в общем, правильно, — подумав, заявил он. — В принципе мы ведь его покорим, верно? Ну, пошли.

Вот мы и на знакомой поляне.

И надо прощаться.

— Николай, — вдруг сказал я, сам себе удивляясь, — а эта Лида Тимофеева, которая с тобой говорила, она, по-моему, толковая девочка, ты как думаешь?

Он посмотрел на меня:

— Знаешь, Колька, я с тобой согласен. Очень она за тебя переживала. Я ей вечером обязательно позвоню, расскажу всю эту историю...

Я почувствовал, что все могу ему сказать — прямо как самому себе, так он здорово меня понимает.

— Знаешь что, — сказал я, — у нас она, конечно, маленькая еще совсем, но я так думаю — когда она вырастет, надо будет мне с ней подружиться.

Он посмотрел на меня и засмеялся.

— Оно бы неплохо, — сказал он, — но тут одна заковыка получается, учти. Лида, конечно, вырастет, но ведь и ты вырастешь. Сколько ей лет сейчас, у вас?

— Три, по-моему... — печально сказал я. — Все понятно. Тогда ей будет тринадцать, а мне будет... ого, уже двадцать два!

— Да, насчет дружбы, пожалуй, не выйдет, — сочувственно отозвался Николай.