Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Двадцать семь человек. Год рождения проставлен не везде — не всех знаю достаточно полно. В таком случае ставлю приблизительно. Номера, обведенные кружочками, — те, которые были особенно часто. Если крестиком — так это те, кто за мной ухаживал. Подчеркнуто — мне нравились.

— Теперь они вам не нравятся? — раздраженно — уж очень не понравилась эта пунктуальность — спросил Николай.

— Нет. Вот уже полгода мне никто не нравится. Кроме одного человека.

— Какого?

— Это очень важно?

— Да.

— Хорошо, — тряхнула она волосами.

— Раз нужно, значит, нужно, да и зачем скрывать? Кроме моего мужа, Сергея Яковлевича...

Мгновенно припомнился первый допрос Ряднова, и Грошев невольно переспросил:

— Андрея Яковлевича? И потом, сколько мне известно, вы еще не замужем.

— Простите. Замужем я или не замужем, могут знать только я и мой муж. Имя своего мужа, как вы можете догадаться, я, в общем-то, знаю. Больше того: несмотря на ваше подозрение в моих умственных способностях, я, представьте, запомнила и его фамилию — Кравцов.

Техник-строитель. Рабочий телефон 6-36-42. Была бы благодарна, если бы вы немедленно позвонили и проверили мои показания, а заодно и сообщили, что я задерживаюсь у вас. Он будет волноваться: нам нужно идти говорить о квартире.

— Успеем...

— Видите ли, когда я вошла сюда, — она рукой обвела кабинет, — то хотела сообщить вам, что мне сказали, будто разговор будет долгим. Поэтому я сразу хотела попросить у вас разрешения позвонить мужу. Но вы перебили. Так вот, будьте элементарно воспитанным человеком и исправьте свою ошибку.

Она нагнулась над столом и легко передвинула телефон поближе к Николаю.

О том, что второй раунд схватки провалился, говорить было нечего. Но что делать?

— Я вам верю... — чтобы хоть как-то оттянуть время и найти новый настрой для вопроса, начал Грошев.

— Меня, знаете ли, мало волнует, верите вы мне или не верите. Пока что я прошу исправить вашу ошибку. — И, замечая, что Грошев не спешит звонить, добавила: — Тем более, то и в милиции, по-видимому, существуют указания, предписывающие проявлять заботу о живом человеке.

— И опять дерзко и в то же время небрежно, словно подгоняя следователя, махнула рукой: — Прошу.

Нет, теперь она явно диктовала, и Николай, сам еще не зная почему, подчинился. Он набрал нужный номер и попросил Кравцова. Трубку сейчас же взяли.

— Вот тут у меня сидит ваша... супруга.

— У кого — у вас? — резко спросил голос.

— У... следователя. Она хочет сказать вам несколько слов.