На осколках разбитых надежд (СИ) читать онлайн

Когда Катерина, бледная и растерянная, появилась на пороге комнаты, Цоллер вдруг поднялся из кресла и подошел к ней поближе, чтобы легко стукнуть по ее груди стеком в том месте, где был приколот знак «OST». Лена порадовалась, что Катя сообразила прикрепить его, понимая, чем может грозить его отсутствие.

— Какая странная болезнь у тебя, — произнес он вкрадчиво, вглядываясь в ее лицо. В темные тени под глазами — следы перелома носа. Заживающие ссадины на лице. Потом Цоллер отодвинул стеком воротник платья Катерины, осматривая уже еле заметные пятна на ее шее.

— И что за болезнь у вашей служанки, господин Кестлин? Наверное, заразная? — с деланным беспокойством обернулся он к Иоганну.

— Ее болезнь зовется «неуклюжесть», господин Цоллер, — подсказал тот, и улыбка гестаповца чуть угасла. — Она упала с лестницы. Как видите, отделалась испугом. Чуть не испортила нам праздник Рождества. Разбила один из любимых фарфоровых сервизов Аннегрит. Опозорила перед гостями, можете себе представить?

— Безобразие, — покачал головой сочувственно Цоллер.

Лена вздрогнула от этого неожиданного перехода от мягкого вежливого тона к холодному приказному. Посмотрела испуганно на Катю, которая все поняла по ее взгляду без лишних слов. Но не заплакала, просто опустила голову, ниже скрывая эмоции, и стиснула руки сильнее.

— Позвольте, на каком основании?.

— А эта ваша «остовка» нарушает закон, господин Кестлин, — сказал Цоллер, обращая теперь свое внимание на Лену. — Знак «OST» предназначен не просто так. Даже если он идет вразрез с щепетильностью фрау Ренбек. Она, видимо, не боится лишиться своей любимой служанки на шесть недель? Или это личная служанка вовсе не фрау Ренбек?

— Шесть недель? — переспросил Иоганн растерянно, проигнорировав намеренно или по рассеянности последнюю фразу.

— Тюремный срок за отсутствие знака, — услужливо подсказал Цоллер. — Но я, пожалуй, ограничусь малым на этот раз. Триста марок[41], господин Кестлин. Платить будете вы или ваша «остовка»?

— Разумеется, заплатим мы, — произнес явно озадаченный Иоганн. Ему оставалось сейчас только бессильно сжимать ручки кресла.