Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Во-первых, — наконец произносит Влад, чуть откидываясь на спинку кресла, — я уже говорил. Фото остаются для тебя. Если вдруг что.

Это «если вдруг что» — в который раз за день вышибает у меня землю из-под ног. К этой мысли невозможно привыкнуть, и каждый раз когда она звучит — я хочу взбунтоваться. Не против Влада, против самой жизни, которая вообще ничего не хочет мне оставлять.

— А во-вторых, Цветочек, — тон Ветрова как-то странно меняется, становится непривычно мягким — я если честно впервые слышу его в такой интонации, — я хочу попросить прощения за ту чушь в больнице.

Я не рассчитывал на наше с тобой сближение. Ты должна была держаться на расстоянии от меня. Только в этом случае те слова имели смысл. Сейчас — уже нет. Меня очень устраивает, как ты на меня смотришь. Смотри дальше.

Мне кажется, мое сердце выпрыгнуло куда-то в горло — и если я случайно сглотну — оно вполне может упасть в желудок.

Господи…

— Ты извиняешься? — выдыхаю недоверчиво. — Передо мной?

— И даже никто не умер, — он еще и беззастенчиво ржет над моим удивлением, — хотя… В этом я не уверен.

Ответь на телефон, уже второй раз звонит. Может, как раз у тебя что-то случилось?

Он прав — в ходе болтовни я и не замечаю, что телефон, брошенный мной на подоконнике, уже бьется в отчаянной вибрации, пытаясь до меня докричаться.

Черт, такой момент, а я даже вкусить его не успела!

Подскакиваю к подоконнику, гляжу на дисплей и вздрагиваю.

Номер незнакомый, но первые четыре цифры — восемь, девятьсот шестьдесят пять… С номеров этой серии мне из месяца в месяц звонит Сивый.

Еще ведь не двадцатое число! И близко не оно!

— Я отойду, — пальцы тут же становятся неуклюжими, но я быстро сгребаю телефон в ладонь и ухожу. В дальнюю комнату нашего трехкомнатного номера. В самый дальний угол — то есть в ванную. И только там, заперевшись на все замки, беру трубку.

— Что-то ты не торопишься отвечать, Риточка.

Недовольный голос бандита глубоко и качественно отравляет мое настроение.

— Вы рано, — я выдыхаю и пытаюсь говорить максимально сухо, — у нас с вами… иной график общения.

— Действительно! — с фальшивой и неприятной мягкостью поддакивает Сивый. — Моя вина, Маргарита. Что ж, я надеюсь, ты простишь мне такую спешку. Ведь у нас изменились обстоятельства.

— Каким образом? — спрашиваю и обмираю, потому что последний раз «обстоятельства менялись» накануне удвоения выплат Сивому. Когда он прознал, сколько именно мне платит Ветров.