Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В конце вы оба получите от меня лично письменные рекомендации, которые помогут вам в дальнейшем трудоустройстве в любой организации города. Мы договорились? — непринуждённо поинтересовалась ректор, обводя взглядом двух обречённо вздохнувших студентов.

* * *— Ну что, Ромашова, ты довольна? — не выдержал Громов, спускаясь вниз по лестнице.

Лиза резко развернулась, почти столкнувшись с парнем в узком проёме:

— Намекаешь на то, что это я виновата? — рявкнула она возмущённо.

— Это ты устроила переполох по всей общаге, — наклоняясь к самому лицу, злобно прошипел ей Громов.

— Знаешь что, это был исключительный случай, — огрызнулась девушка, не отступая ни на шаг, — ректор открыто намекнула, что основную часть придурков нужно искать в твоей группе, вот ты и займёшься этим.

Девушка уже круто повернулась, намереваясь уйти, но Громов твёрдым движением руки развернул её к себе, грубо пригвоздив к стене:

— Ромашова, — угрожающе тихо промурлыкал Громов, — Что-то ты в последнее время много говоришь.

Лиза замерла, широко распахнув глаза, и молча уставилась на Максима, чьё лицо наполовину освещал слабый подрагивающий отблеск искусственного света.

О Боже, зачем он так близко. Такие живые, окутанные полумраком кристально-серые глаза смотрели на неё в упор. Максим чуть прищурился, отчего между бровей пролегла небольшая складка. Его мраморно-бледная кожа при тусклом свете казалась темнее, чем обычно, а темные волосы казались почти черными, небрежно спадая на лоб тонкими прядями.

Уголки губ были сжаты, бросая на лицо презрительный оттенок. Так близко Громова она не видела ещё никогда."

"У Лизы чуть задрожали кисти рук, отчего она сжала их в кулаки и убрала за спину, стараясь не выдать нарастающего волнения. Прилагала все усилия, что бы ни один мускул не дрогнул у неё на лице, пока продолжался их странный зрительный контакт.

Больше всего её поразил его запах. Не ваниль или цитрус. Не кофе или шоколад. Не морской бриз или дождливое утро. Это оттенок каждого из них.

Громов пах ничем. Только собой. Таким резким и возвышенным, таким притягательным и, по-настоящему, мужественным.

Лиза закрыла глаза, впуская его в свои лёгкие, позволяя наполнить себя до краёв, разгоняя приятную дрожь. Отчего-то задрожали коленки. Прошло лишь мгновение, а показалось, что целая вечность. Одна встреча, один взгляд, и она уже его чувствует. Жадно вдыхает. Внимательно наблюдает, как играют отблески света у него на лице.