Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Это единственный человек, который мне важен, кроме тебя. Пожалуйста… — умоляет она, оставляя влагу своих слёз на моей груди. — Пожалуйста, я должна знать, что с моим папой… Я не смогу просто уснуть, ты ведь понимаешь это. Я буду одна, без тебя, и это убьёт меня.

Даже в такой ситуации она знает, на что давить и как в очередной раз заставить меня поджать яйца и сделать так, как она просит.

— С ним всё будет хорошо, принцесса."

"Потому что я не собираюсь лишаться тестя, не собираюсь наблюдать за страданиями своей девочки, поэтому я поставлю на уши все больницы.

Ни один грёбанный врач не уснет сегодня, пока не скажет, что с ним всё будет в порядке.

41. Безумец и раб

Мы стоим в отделении реанимации и интенсивной терапии, через стекло наблюдая за тем, как медперсонал и двое врачей столпились над телом моего тестя. Пока я ехал к своему нему, я вызвал скорую, потому что не знал, насколько всё плохо и мне необходима была подстраховка в виде медицинских работников. Я не мог вести его в частную клинику сам. Я не знал причины его состояни, в любой момент что-то могло случиться, у него могло остановиться сердце.

Я не дал его сиделке вызвать скорую, потому что именно мой тон заставил их приехать через три минуты после звонка.

Лабораторное исследование крови показало, что у моего тестя в организме куча снотворного и крепкого алкоголя в перемешку с препаратами от артериального давления.

Дрожащими руками Полина обнимает свои плечи, в то время как я прижимаю её к себе и почти не даю ей дышать своим гигантским телом.

Мне хочется забрать все её слёзы и впитать всю боль, которой она сейчас упивапется. Одной рукой я обнимаю её за талию и прижимаю к себе, другой рукой беспрерывно глажу каштановые волосы. Она перебирает самые худшие варианты у себя в голове, пока я шепчу слова утешения.

— Стас, вдруг папа не проснётся, вдруг он умрёт, — рыдает она, разрывая меня на куски своими рыданием.

— Ты думаешь, я позволю ему умереть?

— Боже, если папа…

— Полина, — твёрдость моего голоса заставляет её замолчать, но не вздрогнуть, она лишь с ещё бо́льшей силой прижимается ко мне.

— Я отправлю тебя домой, если ты не прекратишь думать об этом. Ты собираешься домой?

— Нет, — шепчет она, снова разрывая мне сердце своими слезами, следы от которых остаются на моей рубашке.

На самом деле, я в любом случае собираюсь отправить её домой в ближайшее время.

В очередной раз я понимаю, что вся моя жизнь зависит от этой девушки, от моей жены. Если на её лице улыбка, мир будет в порядке.