Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ну а я держался, тем настойчивей, чем сильней в ауре девушек разгорался красный цвет злости, чёрный – агрессии, алый – упорства. Что-то у наших соблазнительниц явно пошло не по плану.

Поэтому я позволил себе грубость и бесцеремонность:

- В чём дело?! Какие проблемы?! Кому жить надоело? – да и в самом деле приготовился к противостоянию не только в партере.

Коварные гипнотизёрши, поняв, что обычные методы дали сбой, вроде как смирились и пустились в сложные объяснения, подкрепляемые очень ёмкими и понятными рисунками.

Дескать, дети, попадая в данный мир, в обязательном порядке должны побывать в специальных капсулах. Именно в них даётся импульс пробуждения памяти, и малышня вспоминает всю свою предыдущую жизнь взрослого человека. Но не сразу вспоминает, а лишь при физическом возрасте в четыре годика с хвостиком. Те, кто младше, вынуждены доживать здесь до определённого возраста, и только после этого, подписав (или дав клятву?) определённое соглашение (или договор с обязательствами?) выносятся на мост и бросаются в должный портал.

Насчёт должного портала, мы многое не поняли. Ещё большую путаницу привносили упоминания о каком-то договоре или соглашении с ребёнком. Всё-таки язык глухонемых, пусть и дублируемый рисунками, как и многообразный язык жестов, мы осознавали в недостаточном диапазоне.

В чём ещё нас настойчиво убеждали: что капсулы непрозрачные, входить туда никому нельзя и только несколько учёных (или техников?) из числа йети имеют на это право. А детишки ещё сутки, а то и двое будут спокойно спать, получая щадящий, пробуждающий воспоминания импульс.

Беспокоить их нельзя ни в коем случае.

Может, что и другое объясняли? А остальное мы себе нафантазировали?

Но я зациклился на одном, и твердил как заведённый:

- Вначале я должен посмотреть на детей! – то есть бил себя в грудь, оттягивал вниз веко, показывал пять пальцев и качал на руках условного ребёнка. Ну и рисовал чёткую стрелку, но конце которой, в квадрате некоего помещения, изображал схематично пятерых малышей.

Судя по унылым и скорбным личикам наших нежданных пассий, они не представляли, как разрулить создавшуюся проблему. Из-за досады они ослабили своё моральное давление на моего товарища, да и я незаметно взбодрил его отрезвляющими эрги’сами. Вроде пришёл в себя, но даже после этого недоумевал:

Глава 15

- Чего ты такой противный стал? Трудно уступить девушкам? Вон они какие расстроенные…

- Девушкам! – в раздражении фыркал я.