Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Хотя эти змеи явно не поэтому улыбаются…

– Хорошо. А остальные?

Тут хищники, сидящие напротив меня, встрепенулись, и мы начали сражение за то, у кого будет больше студентов. Ведь награда – это выбор лучшего места практики для своих оболтусов.

Закончили мы около трех утра, и, уже когда начали собираться, Козеро вдруг проронил:

– А знаешь, Ремарк, ко мне в четверг заходил менять протезы Гордеев.

Все замерли.

– Олег?! – удивился Саймак. – Так он же сейчас должен начинать готовиться к практике этого набора.

– У него половина протезов полетела, и остальные пора было заменить.

– Но как ты с ним занимался? У тебя же в четверг был экзамен, – удивился Гер, а я почувствовал неладное."

"– Ну да. Мы с ним поболтали немного, я ему рассказал новости и то, что… э… ну… как я новый опыт делал. И отправил его лечиться к Мельник. Она…

– …прекрасный специалист. Я помню. Скажи-ка мне, когда это Олега интересовали подробности твоих экспериментов? – очень вкрадчиво осведомился я, пристально взирая на своего коллегу.

– Если это не интересно тебе, то это совсем не значит, что и другим тоже.

Посмотрев по сторонам, я увидел троих мужиков, которых просто трясло от сдерживаемого смеха.

– Знаешь, Козеро, а выберу-ка я тебя партнером в спарринг, когда мы будем сдавать нормативы генерал-адмиралу, – задумчиво проговорил я, глядя на этот балаган.

– Э… Ты чего… Он же сам пришел… Я ничего такого не говорил…

Но я, не дослушав, уже выходил из комнаты, а вслед мне летели хохот бывших сослуживцев и возмущение наглого костоправа.

Ничего! Хорошо смеется тот, кто смеется последним!

Глава 22

Феоктиста Мельник

Проснулась я уже ближе к вечеру и подскочила на постели. Сегодня у меня встреча с куратором!

Посмотрев на часы, я поняла, что есть еще полчаса, и побежала в душ. Но не успела выйти оттуда и высушить волосы, как от адмирала пришло сообщение, чтобы я к нему зашла.

Вздохнув и вспомнив, как проходил прошлый визит, я оделась и отправилась к командиру.

Дверь мне открыли опять в полураздетом состоянии, но в этот раз я, к чести сказать, пялилась на адмирала уже не так долго.

Но слюни, увы, подбирать все равно пришлось.

– Заходите, Мельник, – прохрипел Ремарк, пропуская меня.

О-о-о-о… У кого-то была бурная ночка?

– Проходите в гостиную и садитесь. Я сейчас.

«Сейчас» у Ремарка растянулось на какое-то время, и, выйдя ко мне, он был все так же полуодет, а еще, похоже, и после душа. Накинув рубашку, он сел напротив меня и начал лазить в своем коммуникаторе.