Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А я, оглянувшись и прикинув, где все остальные, сфокусировала взгляд на двери и, слегка покачиваясь, последовала их примеру.

Дедушка, увидев меня, подумал, что случилось что-нибудь плохое, но, выслушав мой рассказ, который я ему поведала за чашкой укрепляющего отвара, долго смеялся. И через некоторое время сообщил мне, что тоже обязательно попробует!

Я покачала головой, вспоминая поговорку: «Седина в бороду, а бес в ребро», и посоветовала взять с собой закрепляющее.

Дед только хмыкнул – дескать, и без тебя разберемся.

Это он зря… Усмехаясь, я допивала свой отвар, думая, что у меня-то организм молодой, а вот у него, несмотря на процедуры, печень и сердце знают, сколько им лет!

После Вегаса мы полетели в Лондон – город дождей и туманов. Вот там я оторвалась на славу. Весь город был одной большой достопримечательностью, и, уговорив деда остаться еще на один дополнительный день, я исследовала все буквально по кусочками и уголочкам. Маленькие ресторанчики, большие супермаркеты, антикварные магазинчики, в которых я прикупила шкатулку аж двадцать первого века!

Музеи вообще были непередаваемые! Все дышало стариной и историей.

Пожалуй, именно это место с течением времени практически не изменилось, оставаясь таким же загадочным и таинственными. В общем, я была в восторге. И когда мы вылетели во Францию, испытала какое-то чувство потери.

Честно признаюсь, Париж – город любви – меня разочаровал. Кроме центрального района, или старой Франции, как его называют теперь, от ранее романтического места мало что осталось.

Все пространство вокруг центра занимали здания банков и финансовые небоскребы. Теперь это было экономическое сердце Земли.

Посмотрев все, что только смогла найти интересного для себя, я с грустью поняла, что моя увольнительная подходит к концу, и вечером в пятницу мы вылетели в Москву.

Наран Ремарк

Я сидел за столом и, читая уже третью статью за этот месяц, думал: неужели людям нечего делать? Или они так хотят видеть меня женатым?

Хорошо еще что в последнее столетие законы ограничили права репортеров в работе, а то жизнь стала бы невыносимой.

В этот момент мои раздумья прервал звонок в дверь. Кого там еще несет?

Выведя изображение с камеры на двери на свой терминал, я застонал. Надо было продать квартиру и переехать куда-нибудь на Аляску. Пусть три часа до работы, зато никто не достает!

Открыв дверь автоматически, я стал дожидаться, когда эти стервятники до меня доберутся.