Наследие великанов читать онлайн

Анна тихонько вздохнула и переступила с ноги на ногу."

"Она не стеснялась проявлять страх – настоящий, не наигранный. Она стояла перед самым могущественным и самым древним магом Земли, перед владыкой Тьмы, и, разумеется, страшилась его. Но одновременно понимала, что князь её щадит, поскольку Тьма его кабинета держалась от девушки на расстоянии. Вилась вокруг, дымкой набегая то к руке, то к ноге, но не терзала – поглаживала, возможно, посмеивалась. Тьме приказали считать девушку гостьей, и Тьма подчинилась.

Сейчас князь её щадил…

– Сантьяга играет, – неожиданно продолжил повелитель Нави, и девушка обратилась в слух. – Игра с Великими Домами, противостояние умов и страстей, их жалкие потуги и гениальные озарения увлекают его уже много тысяч лет. Сантьяга великолепен в своей роли, но иногда забывает, что не всем нравится жить в пучине интриг. Забывает, что не всем отмерен его длинный срок и далеко не все хотят воевать до конца жизни.

– Вы читаете мысли? – пролепетала ошеломлённая девушка.

– Ты ведь знаешь, что мысли прочесть невозможно… но мне и не нужно… – Ещё одна пауза, а за ней – резкий, как выстрел, вопрос: – А что нужно тебе?

– Вы знаете, – неожиданно твёрдо ответила Анна, глядя в сгусток тьмы, казавшийся плащом с низко надвинутым капюшоном.

– Первая скрипка устала. – Возможно, князь улыбнулся. – Сантьяга готовит очень важный и сложный концерт. Твоя партия – основная, а ты устала, я знаю. Но мы не можем отменить концерт, поэтому я предлагаю так: сыграй свою партию, Анна. Сыграй с блеском, как ты умеешь, и я даю слово, что после этого выступления Тёмный Двор никогда тебя не потревожит.

– Никогда? – переспросила девушка.

– Даю слово, – веско произнёс повелитель Нави.

– Так будет, – прошептала Анна. По её лицу катились крупные слезы.

– Договор заключён.

Князь кивнул, и девушку окутала Тьма…

///около недели назад

побережье Северного моря

Здесь было холодно."

"Даже сейчас, в разгар лета, ветер надувал с неприветливого моря промозглую сырость, и по ночам скалистое побережье превращалось в неприятное место… Неприятное для всех, кроме Робене – им здесь нравилось.