Наследник читать онлайн

Какое уж тут у наследника детство, коли он с утра до вечера пером скрипит да за книгами глаза портит? Другие-то детки (даже царевич Иван!) день-деньской на свежем воздухе бегают-резвятся, несмотря на позднеапрельскую грязь, будь она неладна!..

— Спаси бог.

Негромко прозвучавшее слово благодарности и легчайшее поглаживание руки одним махом вымели из ее головы все безрадостные мысли. Редко, очень редко царевич говорил что-то не в ответ на прямой вопрос (и то вопрошающему для этого надо было немало постараться). И еще реже прикасался к кому-то по своей воле.

Когда же он, допив до донышка свой ореховый сбитень, ушел на послеобеденный отдых (поди, опять будет подаренную владычным митрополитом книгу листать!), Авдотья недоверчиво покосилась на собственную ладонь, все еще ощущающую тепло мимолетного прикосновения, как-то рассеянно собрала посуду в одну стопку и… Присела. Чуть больше года назад она была всего лишь одной из дюжины комнатных боярышень царицы-матушки Анастасии Романовны. И даже не смела и мечтать, что так резко возвысится. Потому как у Дмитрия и без того уже все было: и няньки с мамками, тетешкавшие его с самого рождения, и две личных служанки, баловавшие ребенка едва не больше нянек, а на пятом году жизни появился и опытный дядька[42]. И все было хорошо… Пока на одной из выездок[43], когда семилетний всадник уже проехал первый десяток кругов на своей любимой кобылке, она вдруг невесть чего испугалась и резко взбрыкнула. Чего уж там ей почудилось? Поначалу не разобрались, а потом поздно стало — великий государь, разгневанный случившимся, предал лютой казни дядьку и двух конюхов, а вместе с ними лишилась головы и гнедая Рябинка. Нянек и мамок матушка-царица услала от мужнина гнева в Коломенское, а ее определили вместо них. Временно, конечно, пока отцовское сердце не остынет да мальчик от недуга не оправится. И кормилицу Дмитрия Ивановича тоже оставили при нем. Время шло, лекари бессильно разводили руками, ярился и тосковал государь. А потом занедужила сама царица…"

"Воспоминания и все связанные с ними переживания пришлось резко обрывать — по причине прихода дородного дьяка Посольского приказа.

Брезгливо глянув на подскочившую и тут же склонившуюся в неглубоком поклоне Авдотью, мельком покосившись на грязную посуду (и тем самым без всяких слов укорив ее в преступной праздности), он величаво прошествовал мимо. Густо покраснев и встревожившись возможными слухами, девушка самолично снесла невысокую стопку серебряных блюд обратно в поварню.