Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Расслышавший этот обмен репликами до последнего слова Шэнь Цинцю внезапно понял, что упустил что-то очень важное…

Примечания:

[1] Первая стража одиночек 光棍一更 (guānggùn yī gēng) – название этой главы посвящено Дню Одиноких Людей, который в Китае отмечается 11 ноября (11.11), поскольку изначально эта глава была опубликована именно в этот день.

[2] Цинсы 情丝 (qíngsī) – в пер. с кит. «узы любви».

[3] Побелела от ужаса – в оригинале 魂飞魄散 (hún fēi pò sàn) – в пер. с кит. «душа разума улетела, а душа тела рассеялась», в образном значении «от страха душа ушла в пятки».

[4] Счастливое семейное воссоединение – в оригинале 好亲戚 (hǎo qīnqi) хао циньци – в пер. с кит. «славные родственнички по мужу (или жене), свойственники».

[5] Черное одеяние – в оригинале 黑衣 (hēiyī) хэйи – «походное (военное) платье»."

"[6] -Ши 氏 (shì) – в пер. с кит. «вельможа, чиновник, представитель царствующей династии».

Глава 62. Вторая стража одиночек

– Мастер Шэнь, прошу простить меня, – смиренно бросил Чжучжи-лан.

Нет! Тысячу раз нет! После того, как ты довел меня до подобного состояния своими доброхотскими потугами, чего же мне ждать от твоих извинений?

Удалявшийся уверенной походкой Шэнь Цинцю внезапно покачнулся, схватившись за стену.

Казалось, что-то пытается покинуть его желудок, пробираясь по кровеносным сосудам – и это жуткое ощущение было ему знакомо куда лучше, чем хотелось бы. Совершенно выбитый из колеи, Шэнь Цинцю чуть не выпалил: «Ублюдок, мать твою! [1]»

Ло Бинхэ по-прежнему мирно почивал в гробу, так что в его теле куролесила чья-то еще кровь.

– Мастер Шэнь, – вновь достиг его ушей насмешливый голос Тяньлан-цзюня, – вам ведь уже столько раз доводилось пить кровь священного демона – неужто до сих пор не привыкли?

– Когда вы мне ее дали? – выдавил Шэнь Цинцю, с трудом подавив позыв к рвоте.

– Мастер Шэнь, – голос Тяньлан-цзюня обрел откровенно издевательские интонации, – не забывайте, что ваше бессмертное тело пребывало в нашей власти в течение довольно продолжительного промежутка времени.

За подобный срок можно было сделать с вами еще и не такое.

Неудивительно, что они способны отследить его, куда бы он ни направился. Помедлив, Шэнь Цинцю вновь упрямо двинулся вперед. Чем дальше он отходил, тем резче становилась боль в животе, но вместо того, чтобы замедлиться, он лишь ускорял шаг. Возможно, он и впрямь выработал терпимость к боли, но более вероятным представлялось то, что именно сейчас он попросту не мог позволить себе остановиться.