Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

«прелюбодей, блудник», в 霒夫 иероглиф 霒 (yīn) означает «тёмную женскую энергию», то бишь вместе получается «женоподобный мужчина».

[33] И ты кончил не лучше — в оригинале 善恶终有报 (shànèzhōngyǒubào) — в пер. с кит. «Плохому началу — плохой конец», что на русский можно перевести как «Отольются кошке мышкины слёзки».

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 1

Бац.

Шэнь Цзю от души пнул чёрную деревянную плошку для подаяния, отправив её в полёт, и молча скрестил руки на груди. Второй мальчик — на вид лет четырнадцати-пятнадцати — невольно втянул голову в плечи.

Младшие братцы безмолвно подстрекали его взглядами, пока он наконец не собрался с духом [1], заявив с гордо поднятой головой:

— Шэнь Цзю, не борзей [2]! Эта улица тебе не принадлежит!

Упомянутая им улица была широка и многолюдна — самое лучшее место [3], чтобы просить милостыню. Несколько зевак остановились посмотреть на детскую потасовку, но прочие лишь спешили мимо.

Видя, что какой-то новичок осмеливается бросать ему вызов, Шэнь Цзю опустил голову, отыскивая взглядом обломок кирпича, чтобы хорошенько проучить наглеца, однако тут в отдалении показался высокий юноша.

Завидя закатанные рукава и выставленный вперёд лоб Шэнь Цзю, он поспешил остановить его:

— Сяо Цзю, пойдём отсюда!

— Нет, — упрямо отозвался Шэнь Цзю. — Никуда я не пойду.

— Ци-гэ, он запугивал меня, — тотчас пожаловался предводитель мальчишек, улучив момент.

— Успокойся, Шиу [4], — умиротворяюще бросил юноша.

— Сяо Цзю просто дурачился.

— Кто это дурачился? — тотчас возмутился сам Шэнь Цзю. — Я просто велел им убираться отсюда: это моя территория, и я убью любого, кто попытается её у меня отнять.

Спрятавшись за Юэ Ци, Шиу мигом ощутил вседозволенность. Высунувшись из-за его высокой фигуры, он выкрикнул:

— Ты всегда отбиваешь самые лучше места с тех пор, как мы сюда перебрались — все тебя ненавидят за это! И не льсти себе, будто ты такой уж особенный — просто ты всех запугал!

— Шиу! — одёрнул его Юэ Ци, но в этот самый момент Шэнь Цзю изо всех сил пнул его по голени, выпалив:

— На драку нарываешься? Так давай, коли не трусишь! Кто ж виноват, что ты не в силах постоять за свою территорию! И какой он тебе брат [5], ублюдок ты эдакий — попробуй назвать его так ещё раз, увидишь, что будет!

— Сам ты ублюдок! Готов поспорить, рано или поздно тебя продадут сутенёру!

Юэ Ци не знал, смеяться ему или плакать.