Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И надо же было судьбе сыграть столь невероятную шутку, что из всех иероглифов на свете его наставник выбрал именно «Цю»!

Но каким бы нелепым совпадением это ни было, как бы ни скрежетал из-за этого зубами Шэнь Цинцю, он не желал иного — ведь отныне это имя символизировало его новую жизнь.

Приведя мысли в порядок, Шэнь Цинцю бросил с лёгкой улыбкой:

— Это имя наводит на меня тоску, так что я давно выкинул его из памяти, и прошу главу школы также забыть его.

— Могу ли я надеяться, — медленно ответил Юэ Цинъюань, — что, когда ты наконец отзовёшься на это имя, то это будет значить, что ты избыл свою тоску?

— Это невозможно, — холодно усмехнулся Шэнь Цинцю.

— Юэ Цинъюань, позволь мне сказать тебе вновь: я больше никогда не хочу слышать этого имени.

Примечания:

[1] Успешно притворялся одним из них – в оригинале поговорка 如鱼得水 (rú yú dé shuǐ) – в букв. пер. с кит. «как рыба, добравшаяся до воды», в образном значении соответствует идиоме «как рыба в воде», означая «быть в своей среде, на своем месте».

[2] Молоденькая – в оригинале 青葱 (qīngcōng) – в букв. пер. «ярко-зелёный», «перья лука», в переносном значении – «бурно развивающийся, растущий».

[3] В доме веселья – в оригинале 秦楼楚馆 (qínlóuchǔguǎn) – в букв. пер. с кит. «циньский терем и чуское подворье», в образном значении «жилище гетеры».

Следующая часть

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 5

Предыдущая часть

Вконец утратив самообладание, Шэнь Цинцю отправился на пик Цюндин.

Обычно он избегал этого пика всеми правдами и неправдами, как и самого Юэ Цинъюаня — будь его воля, он предпочёл бы вовсе с ним не встречаться.

Потому-то ежегодные состязания двенадцати пиков доставляли ему столько беспокойства.

Среди двенадцати пиков хребта Цанцюн существовала строгая иерархия. Это не было напрямую связано с силой пиков — имело значение лишь то, кто из первого поколения каждого пика раньше сделал себе имя.

Последующие поколения, обращаясь друг к другу, следовали этому установленному порядку, без учёта того, когда они сами заняли пост главы пика. Потому-то, хоть Шэнь Цинцю поступил в заклинательскую школу гораздо позже, чем Лю Цингэ, тот был вынужден, проглотив свою гордость, именовать его «шисюном», поскольку пик Байчжань шёл в этом ряду лишь седьмым, в то время как пик Цинцзин уступал в старшинстве лишь пику Цюндин.